– Ты коммунист?
– Нет.
– Анархист?
Иоргис усмехнулся.
– Я моряк.
Из Греции Антон полетел в Швейцарию, где открыл несколько счетов в банках на общую сумму сто пятьдесят с лишним миллионов долларов. «Шок-шоу» приносило Песочникову огромную прибыль. Он владел всеми правами на него. В Швейцарии Антон провёл пять дней в полном уединении. Он не отвечал на многочисленные телефонные звонки и сообщения из России и других стран. Только перед возвращением на родину он набрал номер, который значился в его контактах, как Василий Фсин.
– Слушаю, Антон Михалыч, – бодро ответили на другом конце.
– Вась, как наш клиент поживает?
– В больничке он.
– Что с ним?
– Ранение заточкой.
– Жить будет?
– Да.
– Жаль.
– Согласен. За определённые цифры можно решить и эту проблему.
– Спятил?! О чём ты говоришь по телефону?
– Я про проблему геморроя.
– Вот и я про то. Не надо об очень личном, так категорично.
– Так как быть дальше?
– Я решу по приезду в Москву и наберу тебе.
В самолёте ему вспомнилась Ольга. Фантазия рисовала картины, как они были близки. Можно было позвонить ей, намекнуть, чтобы она подъехала к нему в гости. Он запросто мог соблазнить её кругленькой суммой, перед которой устояла бы редкая женщина. Подумав об этом, Антон начал гневаться на всех женщин. Всем им надо только одно. После таких мыслей уже не хотелось никакого секса.
На такси Антон добрался до Москвы. Нужно было заглянуть в офис одной компании, снимающей разные передачи, в основном развлекательного характера. От этой компании Антону поступило предложение заняться выгодным проектом. Он уже был богат, и даже большой обещанный гонорар был сущей ерундой с тем, что он снял с производства «Шок-шоу». Он мог лет пять, а то и десять не работать точно. И всё-таки его потянуло на новый проект. Хотелось ещё денег. Пусть это была алчность. Вкус денег нельзя ни с чем сравнить. Это настоящий наркотик. Всегда нужны новые дозы. Была половина пятого, когда он доехал до здания, в котором расположился офис компании. Место было, как ни странно, тихим и безлюдным. Когда Антон подходил ко входу в здание, кто-то сзади накинул ему чёрный полиэтиленовый мешок на голову и обхватил сзади. Второй человек схватил его за ноги. Ничего не понимающего Антона запихнули в багажник большого чёрного джипа с тонированными стёклами.
Ехали часа два. Антон лежал связанный, дышать было очень трудно. Местами его очень сильно трясло. Он догадался, что его везли или по лесу или по бездорожью и это пугало.
Наконец приехали. Антона выволокли из машины, бросили на землю, развязали руки, сняли мешок с головы. Он увидел, что находится на какой-то лесной поляне. Рядом сидел такой же помятый, покоцанный Агафонов. Машины было две. Видимо Агафона привезли на второй. Вокруг Антона и Агафонова стояли крепкие мужчины в чёрных одеждах. Сгущались сумерки.
– Что вам надо? – обратился к ним Антон. – Денег? Я могу вам заплатить много, только отпустите меня.
– Вы кто такие?! Дебилы! – ругался Агафонов. – Вы что творите?! Так обращаться с целым министром?! Да я вас всех упрячу за решётку очень надолго. Везите меня обратно!
Один крепыш с измождённым лицом подошёл к министру и двинул ногой ему в лицо, так что у Агафонова брызнула из носа кровь. Агафонов схватился за нос и взвизгнул жалостливо:
– Кто вы?
Мужчины расступились, и к ним подошёл Архип Юрьевич в расстёгнутом чёрном плаще.
– Это мои парни, – пояснил он.
– Архип, ты уважаемый человек, но зачем творить беспредел, – жаловался Агафонов.
– Уважаемый да не для тебя и не твоего дружка, ибо кинули вы меня очень жёстко.
– Я не понимаю о чём ты, – пролепетал Агафонов.
– Всё ты понимаешь, скотина. Вы уже всё разыграли заранее, что победит в итоге зеро. Для этого Антоша делал всё возможное: подсылал нужных людей, которые не дали победить ни Чайке, ни Иволгину. К Чайке Антонио подослал барбоса мента, а к Иволгину грёбаного актёра. Обоим при этом заплатили за их действия. Думали, я это не прочухаю? Вы кого кинуть, как лоха решили? Архипа Юрьевича! Ублюдки!
Архип плюнул себе под ноги.
– Архип, давай я компенсирую тебе ущерб. Я много заплачу, – предложил Антон.
– Я сам возьму то, что мне положено. Гавриил.
Мужчина с короткой стрижкой ёжиком, обильной сединой и квадратным непроницаемым лицом, достал из внутреннего кармана два паспорта и вручил их Антону и Агафонову.
– Что это? – не понимал Антон, открывая паспорт. – Клюв Виктор Петрович? Почему здесь моя фотография?
Агафонов рыгнул и открыл паспорт, который ему вручили.