Тонкие брови сошлись в недовольную ниточку, вынуждая Рейнольда почти перестать дышать, в ожидании знакомой отповеди. Но она лишь всплеснула руками и вполне искренне посетовала на злосчастную забывчивость, помешавшую ей самой припомнить о необходимости – послать индейцам несколько пар одеял и простыней из льняного полотна, а также сукно для кое-какой одежды.
В ответ на ошарашенный взор супруга ангел трогательно нахмурился, коротко поясняя, что отец всегда поступал именно так и подобные вещи обязательно пригодятся в быту, даже если и будут использованы не по прямому назначению. Уходя, его юная жена еле слышно проговорила что-то по поводу древнего способа – тащить скарб на волушках в течении многих лье, не заботясь о здоровье того, кто это движение и осуществляет.
После чего самозабвенно занялась пирогом, не забыв прихватить с собой Катарину, а Салливану не удалось побороть почти детское желание - присоединиться к весело помчавшейся на ее зов дочери. Признаться, такой поступок имел все шансы прогневать жену, но совершенно по иным причинам, отличным от тех, что по обыкновению посещали хорошенькие аристократические головки.
Бель не беспокоили внешние правила приличия и неписаные запреты, налагающие на высшее сословие строго определенную манеру поведения. Ее волновал лишь тот факт, что он принялся расхаживать по дому, не взирая на могущую открыться рану. И спорить с умоляющей просьбой – немедленно присесть и наблюдать за процессом, попивая свеже-приготовленный болеутоляющий отвар чудилось невозможным.
Анна же выглядела так, будто внезапно получила в подарок давнюю мечту. Улыбалась, прислушиваясь к безмолвию погруженного в ледяное оцепенение двора, не забывая при этом бдительно следить за Кэт, крутящейся у нее под ногами с блестящими от счастья глазенками. Приникнув к столу, малышка неотрывно гипнотизировала взором большую деревянную скалку, снующую по бледному кругу теста, превращая его в нечто тонкое и воздушное.
Ему же оставалось лишь украдкой вдыхать теплый хмельной аромат, любоваться на возящуюся с мягким диском дочурку и бояться спугнуть робко присевшее рядом счастье.
Бель что-то говорила о большом желтом цветке с черными зернами, из которого получается масло, способное придать тесту замечательную лакированную корочку. Катарина, смешно сосредоточившись, заталкивала внутрь сдобного творения боб, чтобы через пару минут проводить его в печь и наслаждаться дивными запахами, вырывающимися из-за чугунной заслонки.
Мелинда горделиво твердила, что в этой печи никогда ничего не пригорает, а уж результат и вовсе радует и формой, и содержанием. Рейну хотелось бы знать: у кого могли возникнуть сомнения в том, что пирог действительно получится огромным, блестящим, с хрустящей темно-золотистой корочкой и выпуклой мозаикой рисунка. Уж совершенно точно не у него.