- Прости меня, - медленно обернувшись, негромко выговорила молодая женщина, - я приняла слишком серьезное решение, не спросив твоего мнения. Несмотря ни на что, у меня не было права так поступать.
- Ты жалеешь об этом? – в голосе Рейна скользнуло отчетливо давящее напряжение.
- Нет, - пожалуй, слишком быстро возразила девушка, стараясь поймать мимолетное облегчение на красивом лице своего мужа, - но я жалею, что это делает тебя несчастным.
- Мы кое-что упустили из виду и, учитывая приглашение присланное губернатором, это нужно исправить как можно скорее, - длинные загорелые пальцы распахнули небольшую коробочку, открыв взору Аннабель два тонких золотых ободка, на одном из которых сиял хрустальными гранями весьма необычный камень, почти шоколадного оттенка.
В широко распахнувшемся карем взгляде рассыпались крошечные звездочки. Их было два. Два кольца, одно из которых любимый мужчина только что взял в руки, чтобы надеть ей на палец. Скорее автоматически, чем действительно понимая, что происходит, Бель протянула ему чуть подрагивающую ладонь. Брачный символ уютно устроился на предназначенном ему месте. Отстраненно мелькнуло сожаление, что свое кольцо Рейнольд надел сам. Впрочем, это было неважно. Все было неважно, кроме того, что означал этот поступок, совершенный в тот самый миг, когда она собиралась так глупо отказаться от своего счастья.
- Наш брак будет таким, как ты хочешь, Бель, - чуть хрипло произнес родной голос.
- Я хочу, чтобы тебе и Кэт было хорошо, - смаргивая застывшую перед глазами пелену, еле слышно отозвалась девушка.
Внезапно шагнув вперед, Рейнольд обвил рукой хрупкую талию, притягивая Анну к себе. Лицо обожгло его горячее ласковое дыхание, а губы шепнули где-то возле ее виска.
- Загадай другое желание, это уже исполнилось.
С минуту она удивленно вглядывалась в его глаза, чья синева замерцала такими знакомыми тающими смешинками и теплотой. Но едва она собиралась ответить на прозвучавшее признание, мгновенное согревшее ее охваченное тревогой сердце, как сквозь звук куплетов, доносящихся из гостиной и звон гитары, на которой наигрывал Гийом, ей послышался чей-то крик и последовавший за ним глухой стук.
- Рейн, - схватив мужа за руку, несколько испуганно воскликнула девушка, сама удивившись в миг налетевшей панике.
- Я слышал, - уже совсем другим тоном, отозвался Салливан, - не волнуйся, может кому то просто понадобилась помощь, метель разыгралась не на шутку.
Вот только Анна совсем не была уверена, что в такую пургу по городу может бродить кто-то из его жителей, а значит ничего приятного от подобного визита ожидать не приходилось.
Визуализация для настроения)
Глава 11
Словно загипнотизированная ничем не объяснимым внутренним страхом Бель испуганно смотрела на мужа, спокойно направлявшегося к дверям.
- Будьте осторожны, сэр, - подобно ответу на ее затаенные мысли несколько громче обычного вымолвил Самуэль, обгоняя своего господина и спешно срывая с пояса неизменно висящий на нем пистолет.
Широко распахнув взволнованный взор, Аннабель затаила дыхание, вместе со всеми ожидая: когда камердинер супруга распахнет никак не поддающуюся этому желанию дверь, очевидно заметенную снаружи приличным снежным наносом. Прежде чем удалось отворить засов довелось приложить к тому немало усилий.
Вслед за легким тоскливым скрипом в залу ворвалось невесомое облачко снежной пыли. Но в вожделенном проеме лишь загадочно мерцал рассеянный фосфорецирующий свет, в бликах коего вздымался султан снега, поднятый северным ветром. Только спустя несколько секунд им удалось догадаться, что этим таинственным сиянием была всего лишь луна, непостижимым образом показавшаяся в кружеве затуманенных облаков и залившая окрестности своим серебристым сиянием.
- Никого нет, - облегченно констатировал Самуэль, - только холод поистине адский.
Машинально ответив на теплое прикосновение ладони Рейна, Бель тоже еле слышно выдохнула, задумчиво глядя на захлопнутую Гийомом створку.
Думать о том, что могло бы происходить за стенами уютного хорошо протопленного дома казалось запретным и неуместным. Но девушка ничего не могла поделать с неясным предчувствием, поселившимся в душе в тот момент, когда ворвавшийся внутрь ледяной порыв ветра разметал легкие завитки табачного дыма и теперь они будто бы парили перед глазами, соревнуясь со шлейфами от загашенных свечей.