— Ничего страшного не произошло, все в порядке, дорогая, — как можно более спокойно заметил Салливан.
И его глубокий чуть хрипловатый голос развеял у всех чувство тревоги.
Увы, лишь смятению, охватившему сердце Анны, этого показалось мало. Девушка с тревогой оглядела дорогих ее сердцу людей, принуждая себя улыбнуться. К сожалению, ответная озабоченность в любимом пронзительно синем взгляде отнюдь не ослабляла ниоткуда налетевшую тоску.
Происшествию все же удалось слегка омрачить конец праздника. Но об этом следовало подумать позже. Прежде всего было необходимо как можно быстрее уложить в постель почти засыпавшую на ходу Катарину. Напротив кровати примостили ярко-желтую тыкву, внутри которой мерцала приветливая свеча. Кэтти всеми силами пыталась дождаться момента, когда чудесный огонек прогорит, но усталость наконец взяла верх и очень скоро она безмятежно сопела в мягком полупрозрачном свете волшебной "лампы", под присмотром верного Тобби.
Уставшие, слегка захмелевшие домочадцы разбрелись по своим комнатам. В то время как Мелинда с Элизабет приступили к уборке стола, красноречиво намекнув Анне, что ее помощь не нужна и будет лучше если она уделит внимание мужу. Однако хорошенькую головку в данный момент занимали размышления совсем иного толка. Бель наконец, не без труда, удалось подыскать более или менее достойный предлог, дабы посетить двор.
Мысль о заблудившемся во мраке человеческом существе, умирающем в снегу в нескольких шагах от их жилища, не оставляла ее и не дала бы спокойно заснуть. Ведь тягостный крик, все еще стоявший в ушах слышался вполне очевидным. Как и осознание того, что идея - отнести несколько кусочков сахара лошадям, тоже заслуживающим чуточку баловства по случаю праздничного вечера, не выглядит убедительной. Но ничего другого ей в голову попросту не пришло.
- Тебя все-таки что-то беспокоит? – пристальнее взглянув на жену, уточнил Рейнольд, принимая из рук Самуэля тяжелый меховой плащ и не пытаясь оспаривать сию удивительную причуду.
Как раз в этот момент Аннабель вновь почудился этот странный зов, отодвинувший прочь угрызения совести, мгновенно напомнившие ей, что Рейн едва оправился от тяжелого ранения. Что если все это лишь игра чересчур живого воображения? Однако почти тут же умоляющий возглас повторился.
Рывком выпрямившись, девушка сдавленно проговорила словно бы в пустоту:
— Там, во дворе, кто то кричал….
— Кричал? – с оттенком едва уловимого напряжения переспросил Салливан, забирая с каминной полки потайной фонарь.
— Кричал… во дворе? — несколько недоверчиво уточнил Самуэль, — но кто станет бродить по городу в такую стужу? Никто, кроме разве что выходцев из племени панкобоагов, не осмелится сейчас даже носа наружу высунуть.
- Или же привидений? – ни с того ни сего пробормотал притихший было Гийом.
Поневоле чуть вздрогнув, Бель встревожено склонила голову, мимоходом взглянув на заметно приунывшие лица окружающих. Все они сразу же ощутили себя одинокими, затерянными в снегах, в глубине зимы, словно в бездонной расщелине. Ледяные объятия жестоко сжимали их, и теперь, когда огонь в очаге немного угас, промозглый холод, царящий там за окном и вкрадчиво и неотступно проскальзывающий через малейшие щели в их жилище, совсем не чудился безопасным. А тихий неумолчный свист северного ветра, скребущий обледеневший снег за изысканными французскими окнами, вдруг представился окружавшим дом со всех сторон злобным заклятием.
— Может, это ветер так странно воет, прямо как человек, — отчаянно робко предположила девушка.
— Но тогда бы мы тоже слышали, - не унимался старый слуга, напрочь игнорируя красноречивые взоры Самуэля, коему явно не нравились столь мрачные измышления.
— Вернемся к себе? — с непонятной мольбою взглянув на мужа, вопросила Бель.
— Нет, милая, - с мягкой решимостью отозвался Рейнольд, - думаю, что все таки стоит посмотреть: что происходит во дворе.