- Но оно ведь было зафиксировано в режиме проветривания, и, если честно, взрослому человеку было бы затруднительно протиснуться даже в открытое, - сомневается инспектор.
- Он с легкостью открыл его, так же как и я, когда висел на веревке за стеклом. То, что окно было приоткрыто, дало такую возможность. Что касается размеров окна, поверьте, инспектор, для достаточно тренированного и гибкого человека размеры собственного тела не проблема, чтобы влезть в подобное отверстие. Все дело в умении, а он, определенно, профессионал. Итак, наш киллер на веревках спускается с крыши, открывает окно в этой комнате, проникает в офис и входит в кабинет Джо Бакли. У них случается небольшой разговор с поддержкой оружия, Джо встает на колени, и киллер казнит его идеально точным выстрелом в сердце. Потом, тщательно вытерев все следы своего присутствия, уходит тем же ходом. Очень аккуратный и хладнокровный тип. Если не верите, можете выглянуть сами, инспектор, там на стене остались смазанные следы, когда он вылезал из окна, ну и на крыше наверняка останется след от веревки и еще некоторые свидетельства пребывания. Ну что, а теперь в морг? – Шерлок потирает в удовольствии руки.
- Потрясающе, - восхищенно произносит Джон. – Ты невероятен.
Лестрейд смотрит на них диким взглядом и достает телефон:
- Вызову криминалистов. Пусть все это зафиксируют.
Пока он орет по телефону на кого-то, говоря о том, что неважно как, пусть хоть пропеллер на спину прицепят, но улики должны быть в деле, Джон отводит в сторону Шерлока.
- Ты уже знаешь, кто убийца? – спрашивает шепотом.
- Возможно, - неопределенно отвечает тот.
- Это кто-то из тех, кого ты назвал? Из чужаков? – продолжает Джон.
- Более чем в этом уверен, - подтверждает Шерлок.
- В том числе и вернувшиеся свои? – напирает Джон.
- Это маловероятно, - Шерлок снисходительно улыбается.
- Мы говорим о текущих убийствах или семнадцатилетней давности? – уточняет Джон хмуро.
- Для меня не важно. Я уже вычислил убийцу Мэри, - Шерлок высокомерно смотрит поверх головы Джона.
- А мне не скажешь? – нервничает тот.
- Чуть погодя, - туманно отвечает Шерлок.
- Что за скрытность? – злится Джон.
- Можно подумать, ты от меня ничего не скрываешь… - роняет Шерлок, и Джон, поникнув плечами, замолкает, больше ни о чем не спрашивая.
Шерлок терпеливо стоит рядом, борясь с желанием Джона обнять, утешить и все же проявить характер, чтобы доказать - утаивать информацию перед тем, кто тебя любит, просто нечестно. С трудом, но Шерлок выбирает второе. В конце концов, Джону остается помучаться совсем недолго, чтобы удовлетворить свое любопытство. Лестрейд заканчивает разговор, и они наконец-то едут в морг, к Молли Хупер.
Молли встречает их горячим кофе и чуть извиняющейся улыбкой. Рассказывая о вскрытии, она лишь подтверждает выводы Шерлока о том, что перед смертью жертва стояла на коленях, а выстрел был идеально точным в самое сердце. Подробности о нездоровом образе жизни Бакли и многократных половых контактах предшествующей ночью уже никого особо не интересуют. Лестрейд выслушивает ее внимательно, забирает отчет, сухо кивает и интересуется у Шерлока:
- Ко мне в кабинет? Там нам никто не помешает. Я хочу знать все, что знаете вы.
- А почему бы нам не остаться здесь? – в свою очередь предлагает Шерлок. – Молли бы нам рассказала много интересного, а мне пришлось бы меньше говорить.
- Я… - Молли бледнеет. – Не понимаю, о чем ты… Я ничего не знаю.
- Собственно, речь идет о той злосчастной ночи семнадцать лет назад, когда ты обнаружила труп девочки, Мэри Морстен. Вот я о чем…
- Прекратите это, - сердится инспектор, - причем здесь Молли?
- А притом, что рассказала она далеко не все, что знала, ведь так? – он насмешливо смотрит на Молли. – Мне самому поделиться информацией или…
- Да, я скажу, - Молли стискивает латексные перчатки и падает на стул. – Можно воды?
Джон подает ей пластиковый стаканчик с водой, и втроем они наблюдают, как Молли Хупер некрасиво пьет воду, обливаясь из-за сильного тремора рук.
- Спасибо, - бормочет она, возвращая стаканчик Джону, - я почти ничего не знаю, правда. Той ночью я была дома, когда ко мне прибежала Жанин. Мы с ней общались иногда, когда бывали в одной компании… Она плакала, сказала, что наткнулась на Мэри в лесу, куда собралась на свидание со своим парнем Стивом, Стивом Сойером. Ну и она боится туда возвращаться, и боится идти в полицию, чтобы у Стива не было неприятностей. Она все повторяла, что может она живая, еще живая, умоляла сходить туда и проверить. Сама не знаю, почему я послушалась и пошла, надо было сразу бежать в полицию, а не покрывать их со Стивом. Но я, как дура, позволила себя уговорить. Мэри я нашла там, где Жанин и говорила, и она была мертва – вся в крови. Жуть. Я до сих пор во сне это вижу. Тогда я побежала к отцу. Про Жанин никому не сказала. Вот и все, что я знаю. Честно, - Молли вытирает рукавом халата мокрые глаза и отворачивается в сторону, опустошенная и потерянная.
- Ой, вот только не надо делать вид, что ты ничего не подозревала, - сердится Шерлок, - все же поняла.
- Да, - убито кивает Молли. – Стив тогда не ходил в школу неделю, а я его случайно увидела – весь поцарапанный. Ну и поняла, что они мне наврали, но я больше ничего не знаю, правда, а домыслы же не считаются. С Жанин с тех пор больше не общалась.
- Ну хорошо, - кивает Шерлок, - тогда я расскажу, что случилось той ночью. Мы поссорились с этим придурком, - Шерлок кивает на Джона, - и я потерял свой нож, который нашел кто-то из компании Бакли-Сойера. Ребята как всегда собрались оттянуться, выпить и хорошо провести время в лесу со своими девушками. Вот только по чистой случайности Мэри Морстен оказалась под действием очередной галлюцинации. Уж не знаю, что ей привиделось на этот раз, но отец запер ее в спальне, как делал всегда, таким образом справляясь с приступами. А она по привычке, второй раз за ночь полезла в спальню Джона. Это был ее способ справляться с приступами. Но Джона не оказалось дома, он в это время ходил за мной, как привязанный, окно было закрыто, и Мэри пошла в лес. Не знаю, чем она руководствовалась, последние годы жизни у психиатра девочка наблюдалась нерегулярно. Отец был против, не хотел выносить сор из избы… Не суть важно. Дело в другом. Мэри пошла в лес и наткнулась там на компанию старшеклассников, которые к тому моменту уже порядком набрались, и, возможно, занимались тем, чем не должны были. Что уж случилось между ними, тоже не знаю, подозреваю, Мэри вела себя не очень адекватно, возможно агрессивно, еще более возможно вызывающе. Пятеро сексуально раскрепощенных и возбужденных парней минус один гей плюс две распутные девицы – вот вам тот коктейль, в результате которого Мэри Морстен была изнасилована и убита. Обстоятельств убийства я не знаю, но, думаю, мы можем услышать их от оставшихся в живых участников драмы.
- Что за бред? – первым нарушает тишину Лестрейд. – С чего ты взял? Что за чушь?
- О, боже, инспектор, все так очевидно, - качает головой Шерлок. – Вас не насторожило, что из старой школьной компании самых отвязных хулиганов, двое подозрительно недавно покинули этот мир?
- Бакли всего лишь, - пожимает плечами инспектор.
- О’Грин мертв, - мрачно подает реплику из своего угла Джон. – Я общался недавно с другом в баре, и он мне рассказал об этом. Вроде самоубийство.
- У нас очень изобретательный киллер, - хмыкает Шерлок. – Итак, из семерых осталось пятеро. Две девушки, три парня с оговоркой.
- Стоп, стоп, стоп, - просит Лестрейд, - это не доказуемо, а всего лишь предположение. Нельзя так огульно…
- Господи, - Шерлок закатывает глаза, - да даже старик Морстен догадался, кто виновен в смерти его дочери. В деле было заявление с просьбой о доследовании, где он указывал в качестве главных подозреваемых Сойера, Бакли, Уилкса и О’Грина. Господи, да сделайте у них анализ семенной жидкости, и все станет понятно… - а когда Лестрейд застывает, с приоткрытым ртом, выходит из себя: - Меня прогнать на всевозможные тесты вы не постеснялись, а теперь нажать на мерзавцев вам оснований не хватает?
В разговор встревает Джон.
- В любом случае, нужно их всех собрать и поговорить. Если Шерлок прав, в чем я не сомневаюсь, им всем угрожает опасность. И девушкам, как соучастницам, тоже. Это серьезно, Грег. На твоей совести могут оказаться жизни…