Но я недостаточно долго пробыла в Кардиссе, чтобы понять все великодушие мисс Максорен. Только позднее я узнаю, что курение в доме довольно серьезное нарушение. Это огромная угроза пожара, и школа может потерять страховку. Любого, кого поймали за курением, переводят на испытательный срок. А от него – совсем крохотный шажок до отчисления.
Но сейчас я разыгрываю благодарность и говорю:
– Спасибо, мисс Максоренсен.
Она сверлит меня сердитым взглядом. Она не хочет никаких «спасибо». Это подразумевало бы, что я у нее в долгу, а она не хочет такой ответственности.
11. Домовое собрание
Сентябрь 1983
Своих соседок по Брайту я нахожу в Оукли-холл, столовой на нашей стороне кампуса. К тому времени там почти пусто. Мередит и Джесс плетутся за кофе в пластиковых стаканчиках, а Холли за ними наблюдает. Интересно, они меня дожидаются или просто поглощены разговором?
Столовая разделена на две одинаковые половины. Позднее я узнаю, что ты всегда сидишь на одной и той же. Места никто не распределяет, но их занимают в силу привычки. На каждой стороне своя стойка раздачи горячего, свой собственный салат-бар. Окна тут от пола до потолка, и можно видеть, как по дорожкам ходят ученики. Есть круглые деревянные столики, есть длинные прямоугольные.
Я не слишком голодна, поэтому намазываю себе маслом два тоста и наливаю кофе. Кофе выглядит таким жиденьким, что, наверное, придется выпить семь или восемь чашек, чтобы добиться того же эффекта, как от одного эспрессо. Я иду к Мередит, Холли и Джесс и сажусь на свободное место за их столом. Мередит восклицает:
– Беттина! Ты только что разминулась с Кейпом!
– Он ужасно симпатичный, – вставляет Холли.
– Не волнуйся, он будет за завтраком, – добавляет Джесс.
Точно я пришла в столовую не поесть, а рассмотреть ухажера Мередит. Разумеется, мне любопытно, но мои мысли он не занимает. Бэбс сказала бы: «Проехали, что там дальше?» – как делает всегда, когда разговор ей наскучил. Надеюсь, довольно скоро настанет день, когда я буду получать удовольствие, обсуждая с девчонками из Брайта парня, который мне нравится, который поскуливает при минете и пишет стихи. «Конечно, такое непременно случится», – пронизывает мои мысли голос Бэбс. «А пошла ты, Бэбс», – хочется ответить мне, но почему-то я в это верю.
Позже тем вечером мы собираемся в гостиной на домовое собрание. На приставном столике разложено престранное, скудное угощение. Три банана. Горстка маленьких морковок. Пять шоколадных печеньиц на белой бумажной тарелке. Лимонад. Маловероятно, что кто-то из нас клюнет на дешевое печенье, но почему его так мало? Неужели мисс Максорен испекла всего пять? Или она взяла его в соседнем общежитии, где печенья излишек? Еще одно свидетельство отсутствия у нее материнского инстинкта.
Дидс стоит перед нами в тех же юбке с рубашкой, в которых встретила меня по приезде, и опять держит папку с защелкой. Она собирается проводить перекличку, даже зная, что в доме нас всего четверо?
Мередит и Джесс опять садятся на пол, мы с Холли – по-турецки на диване. Мы еще не знаем, что даже заходить в эту комнату будем лишь изредка. Она только для приема гостей и редких телефонных звонков. Никто в Кардиссе не смотрит телевизор. Слишком много домашних заданий.
Дидс начинает:
– Прежде всего хочу поприветствовать Холли и Беттину в Брайте. Вы можете приходить ко мне с любыми вопросами или просто обращайтесь к Мередит и Джессике. Поскольку у нас такой очень маленький дом, у нас нет старосты. Мы с вами будем видеться каждый вечер на проверке перед закрытием дверей, двери закрываются в восемь. Я хочу, чтобы каждая из вас прочла устав Кардисса, но сама изложу основные правила. В кампусе запрещается курить и распивать спиртные напитки. Никаких мальчиков в комнатах помимо часов посещения. В часы посещения необходимо, чтобы в комнате горел свет, дверь была открыта и три ноги на полу.
Это сбивает меня с толку. Что значит «три ноги на полу»? А куда должна деться четвертая? Дидс будет ходить и проверять, исполняем ли мы это? А если нет, какое ждет наказание? На самом деле не важно, потому что я знаю, хуже фирменного погрома Бэбс ничего быть не может. Нужно ли уходить, если у твоей соседки посетитель? Что сделает Дидс, если застукает Мередит, когда та будет трахать Кейпа в душе? Это будет проступок похуже моего курения?
А Дидс продолжает:
– До десяти часов можно заниматься в библиотеке, если заранее получите разрешение.
Она станет проверять библиотеку? Она как будто достаточно дотошная, чтобы так поступать, хотя готова поспорить, она предпочтет оставаться в капитанской рубке общежития.