– Погоди, – говорит он, – дай я надену презерватив.
Я не хочу сбиваться с ритма, а потому говорю:
– Просто выйдешь и кончишь мне на живот.
Презерватив наводит на мысль о Джейке, чья ловкость с надеванием как будто только подчеркивает его опыт с девушками помимо меня, его опытность по части секса как такового.
Кейп теперь дышит так тяжело, что он уже не в состоянии пререкаться из-за презерватива.
– Ладно, – сипит он между выдохами.
Всего две минуты, а он уже готов кончить. Тут раздается стук в дверь.
– Вот черт, Лоуэлл! – выдавливает Кейп, хотя практически не способен говорить.
– Минутку! – кричу я.
Я чувствую, как пенис Кейпа во мне скукоживается, ритм потерян. Скатившись с меня, Кейп натягивает покрывало нам до подбородка. Мне хочется расплакаться, потому что Кейп не дошел до края, не кончил во мне, а еще рассмеяться, потому что я знаю, что Лоуэлл с нас обоих не слезет, будет без конца дразнить и подтрунивать. Ведь никак не скрыть, чем мы тут занимались.
Раздается скрежет поворачиваемого в замочной скважине ключа, и я слышу, как низкий голос произносит:
– Я отпираю дверь.
Преподавателям полагается произносить эти слова, открывая запертую дверь в комнату, но они никогда не дают тебе достаточно времени бросить любое незаконное дело, каким ты занят.
Дверь открывается, и на пороге возникает мистер Карлсон. Глава общежития Кейпа.
– Вот черт, – произносит едва оправившийся от перепихона Кейп.
И мы оба понимаем, что мы крепко, очень крепко влипли.
22. Пойманы на горячем
Октябрь 1983
Пока я одеваюсь, мистер Карлсон ждет в коридоре, за что я ему благодарна. Я слышала истории про учителей, которые стоят и смотрят, как ты неловко натягиваешь на себя шмотки. Я надеваю платье и лодочки. Пока Кейп выуживает из-под кровати пижамные штаны, я незаметно хватаю с сундука монетки.
Мистер Карлсон не произносит ни слова, пока я иду за ним вниз по ступеням Уэнтингтона. Молчит он и всю дорогу до Брайта.
Когда мы поднимаемся на крыльцо, он нажимает кнопку звонка. А я так надеялась, что у него есть ключи и что я смогу прошмыгнуть к себе незамеченной. Но нет. Встреча лицом к лицу с Дидс в безбожные два часа ночи – часть моего наказания. Она появляется быстро и нас впускает. Ее комната на первом этаже. На ней шорты с надписью «ДАРТМУР» и огромных размеров зеленая футболка.
Она видит меня с Карлсоном, но, учитывая, какой поздний уже час, ей требуется пара минут, чтобы окончательно проснуться и понять, что случилось. Карлсон немного выжидает, потом многозначительно произносит:
– Я застал Беттину в комнате одного моего студента, они занимались сексом. – И легонько толкает меня в спину.
– Спасибочки, Майк, – говорит Дидс и берет меня за руку повыше локтя. Сдавливает чуть сильней, чем надо.
Интересно, жалеет ли она, что не донесла на меня, когда в мой первый день по прибытии застукала с сигаретой в ванной. Мы проходим в гостиную.
– Дело нешуточное, Беттина, – говорит она холодным-прехолодным тоном. – До заседания дисциплинарной комиссии факультета, а оно состоится через несколько дней, ты на испытательном сроке.
Она отводит меня наверх в мою комнату. Я понимаю, что я уже больше не ученица Кардисса на хорошем счету. Я – в своего рода чистилище, пограничном пространстве между отчислением и восстановлением в правах. Я встревожена, но все еще пребываю в счастливом угаре от того, что переспала с Кейпом.
Очутившись у себя в комнате, я сбрасываю платье и лодочки и оставляю их валяться у кровати. Теперь не будет вылазки на карьер с Джейком. Интересно, он придет в ярость и перестанет со мной разговаривать или ему будет все равно? Так или иначе, между нами все кончено. Я окончательно и бесповоротно разорвала наше соглашение.
Я переодеваюсь в футболку с логотипом Кардисса, в которой сплю. Лежа в кровати, я перебираю события вечера и их возможные последствия. Нас с Кейпом, возможно, отчислят, но в каком-то смысле и Мередит тоже будет наказана. Я воображаю себе, как она сейчас крепко спит, не подозревая, что я не только испоганила ей школьные танцы, но и трахнула ее бойфренда-девственника. Интересно, она его простит? Сомневаюсь, особенно если учесть, что его застали со мной, с девчонкой, которая и в подметки ей не годится. Я начинаю бояться завтрашнего дня. Надо бы самой ей сказать, но сомневаюсь, что у меня хватит духу.
Я жду, когда рассветет, чтобы выйти покурить. Знаю, это не самая удачная мысль, но какого черта.
23. Признание
Октябрь 1983
В общежитие я возвращаюсь около семи, выкурив почти половину пачки. Я думала мои соседки уже ушли на завтрак, но их голоса еще раздаются из комнаты Мередит. Услышав мои шаги в коридоре, они кричат, чтобы я к ним зашла.