Ташени от куратора была не многословной: «Пожалуйста». И все, никаких приписок. В принципе, все честно, баш на баш. Какое «спасибо», такой и ответ.
Вторая птичка прилетела от Мастера Улиуса.
«Дорогая Тинави, поздравляю: ваше дело о Мелисандре закрыто и зачтено. Иджикаянская делегация довольна. Никаких претензий. Волки сыты, овцы целы. Но буду честен: эта ошибка сильно подпортила впечатление о вас. Возвращайтесь к работе и впредь будьте внимательнее. Хорошего дня».
Я крякнула и сонно потерла глаза в ответ. Ситуация неприятная, конечно, но просто удивительно, как все обошлось!
Теперь на повестке дня ловля маньяка. Надеюсь, тут мы с Полынью преуспеем, и разочарование Улиуса сменится гордостью.
Собравшись, я вышла из дома и с боевым настроением отправилась к Ведомству.
***
На Министерской площади мне встретился Патрициус.
Кентавр нервно переступал с копыта на копыто под старой яблоней, озадаченно поглядывая вверх.
— Хей, что случилось? — поинтересовалась я.
Перевозчик, теребивший в руках сбрую, повернул ко мне смущенную лошадиную физиономию.
— Привет, мадам. Хотел сбить себе яблочко, кинул в него значком гильдии. Значок застрял в ветвях…
Я подняла голову. И впрямь, бронзовое удостоверение в виде копытца грустно висело по соседству с лакомым яблоком. Патрициус озадаченно запустил пятерню в волосы и пожаловался:
— Будь я человеком, мадам, мигом бы взлетел на дерево. Но с лошадиными ногами не разгуляешься.
— Да уж. Помочь тебе?
— Буду рад! — торжественно ударил копытом Патрициус. — С магией вашей всяко полегче!
О-оу. Вообще-то я планировала банально залезть на яблоню, благо чуть ли не все детство провела за этим приятным занятием и могла считаться перворазрядной чемпионкой. Мысль о магии мне и в голову не пришла.
— Не, — я отрицательно покачала головой. — Магия для слабаков. Давай я лучше покажу тебе мастер-класс по управлению лассо. Оно у меня идет в качестве табельного оружия.
Кентавр горячо поддержал инициативу. Но довольно быстро восхищение на лице Патрициуса сменилось унынием. Мое лассо, взмывающее в воздух, будто дикая гадюка, раз за разом умудрялось зацепить ветки, яблоки, что угодно, но не злосчастный значок. Мда, в тринапе мы ловили цели покрупнее…
— Может, все-таки волшебством, а? — смущенно протянул перевозчик минут пять спустя.
Ему не хотелось меня расстраивать, но облом был слишком очевиден.
Я вздохнула. Как назло, возле нас уже топталось несколько зрителей. Уличные мальчишки, чья основная задача — находить в городе все самое интересненькое и необычненькое, лузгали семечки и обменивались отнюдь не лестными комментариями о моих умениях.
— Пожалуй, придется, — нехотя согласилась я.
Лезть на дерево после упражнений с лассо было глупо. Патрициус ободряюще заржал. Я закрыла глаза, пытаясь успокоить биение сердца.
Что ж, время для камин аута! О котором не узнает никто, кроме меня, мда.
Я старательно искала в глубине собственного сознания волшебный ручеек, вечную аналогию от Карла. Обнаружить его было легче с каждым разом. Но сложность заключалась в том, что сейчас я одновременно пыталась обрести полное спокойствие внутри и сымитировать всякие сложные пассы руками. Ведь жестикуляция обязательна при классическом волшебстве. Иначе я никого не одурачу. Вдобавок пришлось выкрикивать заклинания, как это делает весь мир вокруг.
Самое забавное, что карлова магия позволяла мне заставить значок мягко слететь с ветки вниз, а вот нормальное волшебство — только сшибить резким энергетическим ударом. Понадеявшись, что рядом с нами не окажется никакого чародея, который раскусил бы мои топорные приколы, я-таки умудрилась родить нечто среднее: значок слевитировал, но так стремительно, что как бы упал.
— Спасибо, мадам! — поблагодарил меня Патрициус. Он поднял удостоверение и протер его заляпанным рукавом кожаной куртки.
— Пожалуйста, — выдохнула я.
Для всего мира вокруг ничего не произошло.
Служащие продолжали спешить на работу, лодочники — переругиваться из-за (не)соблюдения правил речного движения, туристы — обалдело глазеть по сторонам. Мальчишки-зеваки, пожав плечами, ушли. За ними тянулась безошибочная дорожка из шелухи. Прямо Гензель и Гретель из старой алламандской сказки!
Я же ликовала. Впервые мне удалось применить карлову магию на людях. Успешно и при том незаметно, не вызвав ничьих подозрений.
Попрощавшись с Патрициусом, я вприпрыжку поскакала к Ведомству.
***
В главном холле меня поймал дежурный администратор. Это была расторопная девушка с миловидным треугольным личиком.
Она ловко подхватила меня под локоть на повороте:
— Госпожа Тинави, Вас ожидают в Малом Архивном зале. Проследуйте туда, пожалуйста.
— Кто меня ожидает?
Но секретарь уже упорхнула прочь, будто маленькая лесная пичуга. Пожав плечами, я отправилась в указанное место.
Самое примечательное в Малом Архивном зале — количество свитков. Тубусы с бумагами занимают большую часть просторного двухуровнего помещения. Старинные и современные, пергаменты и папирусы, частные и государственные, документы заполняют шкафы, громоздятся на полках и стеллажах, висят на специальных крючках под светильниками. Бесцветные тени архивариусов мягко скользят вдоль стен.
Сегодня, помимо меня, здесь был лишь один посетитель. Он свернулся калачиком в тяжелом кожаном кресле и с осторожностью перелистывал шуршащие листы какого-то древнего манускрипта. У посетителя был миниатюрный рост, каштановые волосы и круглые ореховые глаза.
— Карл? Что ты здесь делаешь? — удивилась я.
Мальчик отложил манускрипт и обеспокоенно шепнул:
— Дахху пропал.
— Как это?
— Не знаю. Вчера после ужина он, как обычно, сел писать «Доронах». Потом сказал, что его ждет важное дело. Ушел, да так и не вернулся до сих пор.
Я нахмурилась.
— Слушай, ну Дахху взрослый человек. Может, остался ночевать у кого-то из друзей? Придет после завтрака.
Карл отчаянно покачал головой:
— Нет. Я знаю, что его не было у Кадии. У тебя тоже. Больше негде.
— Ну здравствуй! Есть еще целый Дом Смеющихся. Не сказать, что ближайшие друзья, но переночевать у родственников — чем не вариант? Магистр Уорлин. Товарищи из Лазарета. Вариантов много.
Подросток поежился, неловко спрятав голову в плечи:
— У меня плохое предчувствие…
Я осторожно присела на подлокотник его кресла. Тотчас из дальнего конца зала раздалось недовольное шиканье: по мнению архивариуса, такое телодвижение граничит с развратом. Тихо выругавшись, я просто опустилась на корточки перед расстроенным Карлом:
— Ну послушай. В конце концов, ты — самый сильный маг из всех, кого я знаю, как бы дико не было это признавать. Ты уже просил унни отыскать Дахху? Если нет, дерзай.
— Я… — мальчик замялся. — Я не знаю, как это сделать.
— Окей. Я тоже. А ташени посылал?
— Да. Без ответа.
— Ну и ладно. Слушай, Карл, по закону человек может целых три дня где угодно шляться, и только потом его родственникам и друзьям рекомендуют волноваться. Уверена, с Дахху все в порядке. У меня сейчас важное рабочее мероприятие, поэтому давай сделаем так: ты идешь домой и не переживаешь, а я — ловлю преступника. Вечером встречаемся. Если Смеющийся так и не найдется, приступим к активным поискам. И Кадию подключим. И ее хахаля. Уверена, если что, его ресурсов хватит на то, чтоб весь Шолох на уши поставить. Пойдет?
Мальчик пожевал губами, потом согласно кивнул.
— Не грусти, эй! — я потрепала его за щеку, из-за чего Карл оживился: негодующе вывернулся и нахохлился.
— Я не грущу. Просто в воздухе пахнет грозой, а мне не нравится запах озона.
— Ну… Не знаю, что такое озон, но мы в Шолохе называем это просто запахом грозы. Весна, парень. Что поделать.
— Ты знаешь, в моей жизни было много весен, — горестно пробормотал Карл.