Я протянула руку к ближайшему светильнику и щелчком выключателя снова заставила его загореться.
– То есть как раз о нем ты все помнишь?
Побледневший Карл взволнованно посмотрел на свои руки, но потом отрицательно покачал головой:
– Далеко не все. Только обрывки. Мне было одиноко, и я пытался найти своего папу… Но я пошел не туда, и никто меня не остановил. И я нашел Зверя. Он очень силен, очень зол. И очень голоден. Он ранил меня. Я… Мне пришлось сбежать, позорно, трусливо сбежать. – Мальчик сглотнул подступившие слезы.
Я прикусила губу и сказала как можно бодрее:
– Ну, сбежать – это не худший вариант, учитывая, что так ты выжил! А где ты потерял своего папу?
– Я не помню. Я не уверен, что мы виделись…
– Он живет отдельно?
– Думаю, да. – Карл вздохнул. – Все бледно, все неясно в моем прошлом – кроме Зверя, пришедшего ко мне. Ужасного, невыносимого Зверя… – Последнее слово мальчик шепнул едва слышно.
Признаться, мне очень не нравилось его настроение. Очень.
Но я была самой старшей в этой комнате – а значит, впадать в панику совсем не по рангу. А еще я была Ловчей на службе Его Величества. И поэтому решила продолжить беседу в некоем, как мне показалось, «профессиональном» ключе. Я быстро ощупала карманы летяги, которую так и не сняла (обнаружение чужака в своей спальне волей-неволей вносит коррективы в твое существование), достала блокнот и перо, напустила строгое лицо и деловито кивнула:
– Хорошо! Будем отталкиваться от того, что есть. Опиши мне, пожалуйста, Зверя.
Магические сферы снова замигали. Мальчик еще туже обхватил себя под коленями.
Я нахмурилась:
– Карл, перестань трястись! Праховы лампы барахлят из-за твоего страха.
– Не факт. – Мальчик испуганно покачал головой. – Возможно, это Зверь подслушивает.
Магические сферы снова мигнули. Мальчик тяжело сглотнул:
– Знаешь, Тинави, ты лучше не произноси его имя.
– Это еще почему? – Перо в моей руке непроизвольно задрожало.
Подросток продолжил:
– Я помню, что у него есть что-то вроде системы мониторинга. Как у спецслужб. Черт, ты же не знаешь, что это…
– Я знаю, что такое спецслужба.
– А кибермониторинг?
– Э-э-э…
– Ну вот. В общем, я не уверен, как именно ведется поиск. Но часто его подвязывают на имя. Когда кто-то произносит имя – обладатель имени слышит. И приглядывается внимательнее. Если ты будешь о нем говорить, есть шанс, что через тебя он найдет нас.
– Почему я, а не ты?
– Потому что от моей личности почти ничего не осталось после того, как он ранил меня… Я просто «не считаюсь». – Карл зажмурился. – Много ли стоит человек, который не помнит себя?
Я на секунду призадумалась. Потом покачала головой:
– Не. Отстойная теория. Плюс, ты ведь понимаешь, что Зверь – это имя нарицательное, да?
Маг-светильники, собиравшиеся было мигнуть, вдруг передумали. Карл открыл один глаз.
– Твоему чудовищу пришлось бы несладко, подвесь он свой… э-э-э… мониторинг на это слово. Так что не бойся, Карл. Зверь. Зверь. Зверь. Тест. Зверь. Видишь? Все нормально.
Мальчик, уже готовый, кажется, пульнуть в меня очередную сеть, после «теста» немного расслабился (как и я, милый Карл, как и я…). Потом мой юный гость вновь нахмурился:
– Значит, поиск идет еще как-то. Черт. Как же плохо, что у меня дуршлаг вместо памяти! – Он весь сжался в комочек. – И золотую рыбку не обскачу в мнемоконкурсе…
– Ничего, зато у меня есть любопытный факт о твоем прошлом! – бодро заявила я. – До встречи с бокки ты проспал два месяца в сарае фонарщика по имени Рили, прикинь?
Карл ошарашенно вылупился на меня.
– Да-да, – я авторитетно закивала. – Два месяца, парень! Ты пришел к бедному дядьке темной ночью, а следом за тобой пришла куча зверья, если он не врет. Потом ты проснулся и утопал – видимо, прямо сюда, к моему саду, в объятия бокки-с-фонарями. Вспоминаешь что-нибудь?
– Нет.
– Видимо, ты лечился так – во сне. Ты ведь говоришь, Зверь тебя ранил. Сильно?
– Не знаю… – Мальчик медленно покачал головой. Потом неравномерно, волнительно дернул плечами. Подбородок у него затрясся. Я испугалась, что Карл сейчас расплачется.
– Так, – сказала я. – Спокуха. Давай мыслить логически.
Я глубоко вздохнула, перед тем как вслух произнести следующую, весьма смелую идею:
– Ты ведь не из Лайонассы, да, Карл? Все твои странные словечки, безумная магия – все из другого мира?
В ответ мальчик, не меняя обхвата рук вокруг коленей, мягко завалился на бок, прямо на ковер, и уставился в потолок: