В любом случае, хорошо, что эта ерунда с Мелисандром случилась сейчас, а не, скажем, неделю назад. Когда я только пришла в ведомство, оно было для меня единственной спасительной шлюпкой в огромном и сером мире самобичевания и тоски. Теперь же из-за уроков с Карлом границы жизни как бы расширились. Да и вообще много крутого случилось. Что касается работы Ловчей… Было здорово, безусловно. Но самое ценное в ведомстве – это, так сказать, «тусовка». Ощущение причастности к чему-то важному. И люди вокруг.
Утешая себя, я подумала, что Полынь наверняка оценит мой самоотверженный шаг (уж я найду способ «нечаянно» рассказать ему о том, как героически отказалась от сделки Селии). Спорим, сам будет заглядывать ко мне на огонек? Я так понимаю, дома он по вечерам не сидит, так пусть сидит у меня! Лучше один. Но можно вдвоем с Андрис, так и быть…
Что же касается азарта, сопровождающего раскрытие ведомственных дел… Ну, ничего. Отправлюсь путешествовать, я ведь давно мечтала, а все не решалась. Плюс дальнейшее постижение магии – что может быть азартнее?
В конце концов, поставлю себе целью найти этого придурка Мелисандра и надрать ему задницу за то, как он со мной поступил, недоделок. А потом за шкирку притащу его в Иджикайян. Заставлю желтолицых признать, что он не виноват (если он не виноват) или же влепить ему дюжину лет в тюрьме (если таки напортачил).
Заодно посмотрю Пустынные Земли. А потом пешком, как монахиня, вернусь в Лесное королевство, чтобы не пропустить ничего интересного по пути. Буду писать заметки. По приезду торжественно вручу их Дахху. Он точно обрадуется такому дополнению для второй части «Доронаха»! Первая часть как раз станет продаваться во всех книжных магазинах королевства, озаренная ореолом невиданного успеха. А Кадия к этому моменту уже станет женой Анте Давьера и устроит для нас шикарный бал, где Селия и мастер Улиус возрыдают у моих ног и станут умолять меня вернуться в ведомство. Но, конечно, мне уже не будет интересно…
Я так увлекалась, что, когда в двери начал поворачиваться ключ, чуть не заорала «не сейчас, я занята!».
В комнату вошли трое. Мастер Улиус, едва сдерживающий ухмылку, напряженная Селия и… бледный, нервно подрагивающий, будто чихуа-хуа, решительно настроенный Лиссай. Все пристально смотрели на меня, не произнося ни слова. Я замешкалась.
Затем встала и сделала легкий реверанс:
– Ваше Высочество.
Лиссай тяжело вздохнул. Оглянулся затравленно, словно жертва, и ответил, опуская приветствие:
– Тинави, я, к-как полномочный представить дворца, требую вашего освобождения из этой к-камеры, – произнес принц, привычно спотыкаясь на букве «к» и попеременно белея и краснея.
Улиус смотрел на него с любопытством, Селия – с яростью.
– От имени Дома Ищущих я приношу извинения за то, что вас, мою подругу, вмешали в это возмутительное недоразумение. Дипломатические отношения с Иджикаяном – дело дворца, департамент Ловчих не имеет к-к ним ник-какого отношения. Более того, вопрос уже решен. Приношу вам извинения и прошу проследовать за мной, – почтительно склонил голову принц.
Селия демонстративно закатила глаза. Я расправила плечи и гордо подошла к Лиссаю. Взяла его под руку. Молча вышла за ним в коридор. Причем я еле удержалась от того, чтобы победно не показать кукиш. Коллеги остались в комнате.
Только когда мы с Лисом вышли на улицу, я позволила себе выдохнуть.
– Лиссай, – проговорила я настолько тепло, насколько это было возможно. – Спасибо, спасибо большое! Вы даже не представляете, как я ценю то, что вы пришли за мной!
Это была абсолютная правда. Сегодня он натурально пришел меня спасать. Притом, что сейчас наша дружба с принцем была омрачена его сложностями со Святилищем.
Но теперь все снова нормально. Ай, красота!
Лиссай, впрочем, не улыбнулся мне в ответ.
– Благодарите своего к-куратора, – грустно обронил он. – Этот плебей ворвался к-ко мне совершенно непозволительным образом, разогнал мою охрану, силком притащил меня сюда, чуть ли не в наручниках… – поморщился Лиссай. – Ник-когда раньше не видел столько багровых зигзагов гнева сразу! Передайте ему, что в следующий раз я не потерплю такого обращения от к-к-к-какого-то Ловчего! – буквально выплюнул Лиссай, обычно куда более сдержанный.
У меня отвисла челюсть:
– Полынь вас похитил?