– Ну что там видно? – Я заволновалась.
– Вот сейчас ты роешься в шалашах и тем самым грубо нарушаешь личное пространство команды. – Куратор цокнул языком и подвинул стрелку еще дальше.
– А теперь? – не сдавалась я.
– Пусто. Никого. Хотя погоди… О! – В голосе Полыни проскользнуло удивление.
– Что там?
– Неважно, – быстро ответил куратор.
Глаза его, обратившиеся двумя черными лужицами, смотрелись жутковато.
– Это связано с нашими беглецами?
– Нет.
Я села на снег рядом с Ловчим. Он пялился на свой шалаш, придерживая стрелку возле отметки получасовой давности. Мне надоело ждать. Я по-свойски потянулась к его часам:
– Давай поторопимся, ладно?
– Какого пепла? – возмутился Полынь.
– Ого! – Я ахнула, потому что, стоило мне коснуться Ловчего, как мир вокруг претерпел значительные метаморфозы.
Во-первых, мне, кажется, что-то попало в глаза – что-то вроде линзы, какие студенты Академии любят надевать на Хэллоуин. Я догадалась, что так ощущается «черная пленка».
Во-вторых, действительность потускнела, а на ее месте проявился наш лагерь, каким он был полчаса назад. Прошлое было «нарисовано» яркими и слегка искаженными красками, вокруг предметов пульсировали цветные ауры, похожие на дым.
– Вот и я могу Посмотреть! – восхищенно выдохнула я, глядя на то, как Андрис Йоукли нервно меряет шагами подступ к шалашу Полыни – и призрак ее двоится при каждом движении.
Судя по всему, Ищейка к чему-то готовилась – она сжимала и разжимала кулаки, тихонько бубнила себе под нос, репетируя. Волнение, пронизывающее каждый ее жест, читалось на ура. Призрачная Андрис поправила волосы, пощипала щеки, чтоб разрумянились. Выдохнула, выпрямилась, откинула полог шалаша – и сразу же со стоном задернула его обратно. Йоукли надавала себе пощечин – эй, приди в себя! – и снова пошла по кругу, нервно прикусывая губы. Очевидно, вела в голове какой-то диалог, то и дело оглядываясь на перышки над шалашом.
– Ой… – сказала я. – Получается, она к тебе заглядывала?
– Она так и не заглянула. – Полынь покачал головой.
Андрис достала из кармана куртки перо и бумагу, что-то быстро написала. Просунула в щель между прутиками шалаша. Ушла к себе. Потом явственно сказала: «Чтоб тебя!», вернулась, вырвала записку и снова ушла… Уже окончательно.
– А мы не можем, э-э, повторить Видение рядом с Андрис, чтобы узнать, что она там написала? – спросила я.
Куратор смерил меня суровым взглядом.
– Частная жизнь, малек, – устало вздохнул он.
– Частная жизнь, я понимаю.
Даже когда сценка с Йоукли закончилась, я не спешила отпускать циферблат. Ведь дальнейшие события – вернее, предшествующие – были солью нашего спонтанного Запредельного Консилиума.
– Дальше Смотреть не могу, лимит, – предупредил куратор.
Шестьдесят минут назад все было по-прежнему: пологи шалашей Дахху, Мела и Анте пребывали точно в таком же состоянии, как сейчас. То есть, судя по всему, ребята ушли еще раньше.
– Вот засада. – Я расстроилась. – Что, будем бегать кругами и звать их в голос? «Вы чего творите, придурки?!»
– Нет. Только проблем с проснувшимися драконами нам не хватало, – пробормотал куратор.
И тотчас замер, вглядываясь вдаль. Затормозил часовую стрелку так, чтобы она не двигалась: и я увидела, как застывает в небе хвост падающей звезды – невероятного амарантового цвета…
Но куратора заинтересовало не это.
Он указал в сторону драконьей кладки, исходившей синими парами. В ней уже больше тысячи лет хранились яйца, оберегаемые ящерами («Мы стареем-с-с очень медленно, – объяснил Петр, проводивший нам экскурсию, – но все же стареем-с. Когда умирает кто-то из старых драконов-с, то приходит время согреть-с новое яйцо, воспитать-с нового друга-с». И, с любовью опуская шипастый нос в овраг, Привратник возмущенно добавил: «Ваша идея разбить яйцо-с была отвратительна-с-с-с! Если б мы не могли закрыть портал-с, все равно не отдали бы вам никого из наших малышей-с-с-с! Никогда-с-с-с!»).
Куратор вскинулся:
– Вон они! Видишь?
И впрямь. Две фигурки замерли у оврага. Одна – покрупнее, Мелисандрова, – протягивала руку Дахху, враскорячку выбирающемуся из кладки.
– Неужели они все-таки украли яйцо? – ахнула я.
– Однозначно, – кивнул Полынь и медленно повел стрелки вперед.
Мы увидели, как Дахху выбрался наружу, после чего они с Мелисандром радостно утопали в сторону спящих драконов и пропали, скрывшись вдалеке.