— Анатоль мертв, — говорю я. — Это неуважительно — пропустить прощание с ним.
— Это не так. Он поймет. Ты сделала все, что могла, теперь тебе нужно отдохнуть. Смотри, — указывает она на кровать. — Мне даже удалось найти чистые простыни.
— Я не могу, — говорю я. — Это эгоистично. Со мной все хорошо.
— Распоряжение медсестры, — говорит она, строго положив руку на мое плечо. — Оставайся здесь сегодня вечером. Отдыхай. Я не приму никаких возражений.
Она мягко, но решительно подталкивает меня к кровати, заставляет прилечь, вытягивает мои ноги и кладет подушку под голову.
Это приятно — позволить ей взять контроль над ситуацией. Я покорно киваю.
— Хорошо, — говорю я. — Договорились.
Песня скорби становится все громче. Амина встает.
— Постарайся уснуть, — говорит она и накрывает меня простыней. Затем выходит из комнаты и тихо закрывает за собой дверь.
Бен
Я снова смотрю на лицо Хошико на экране. Я обещал ей. Я сказал, что спасу ее, и я сделаю это. Пока что я даже не представляю как, но стараюсь об этом не думать. В данную минуту есть вещи и поважнее, например, побег из дома. Похоже, сейчас самый удобный момент. Почти полночь, все, кроме охраны, наверняка спят. Я одеваюсь во все черное — черные джинсы, черную футболку и хватаю все деньги, что у меня остались.
Систему безопасности у нас установили лишь пару лет назад, после похищения, и ее практически невозможно обмануть. Она распознает все: цвет радужной оболочки глаза, отпечатки пальцев, голос и даже движения тела.
Самая хитрая ее часть — та, что распознает голос. Ее наличие означает, что ни при каких обстоятельствах никто нас не заставит покинуть дом принудительно. Пароли меняются каждую неделю, и есть стандартный пароль и экстренный пароль на случай чрезвычайной ситуации. Если с нами что-то случится, — нападение или что-то вроде того, — достаточно произнести второй пароль, и в считаные секунды наш дом уже будет кишеть полицией.
Вся эта технология, все эти хитрые примочки служат одному: сделать наше жилье неприступным. Но есть и один просчет: разработчики системы ставили своей целью не впустить сюда Отбросов и не думали о том, чтобы кого-то отсюда не выпустить.
Никому даже в голову не придет заподозрить меня. Частично потому, что я всегда был пай-мальчиком, никогда не доставлял родителям хлопот, частично потому, что это чистой воды безумие. Желание смерти. Ибо какой нормальный человек покинет ночью неприступную крепость, чтобы сделать вылазку в неизведанное. Туда, где, как нас постоянно предупреждают, за каждым углом затаился бандит-Отброс, который только и ждет, чтобы прикончить кого-нибудь из нас? Ответ: никакой, если он в своем уме, и тем более если он сын одних из самых важных людей в стране.
Спускаюсь вниз без проблем. Я смотрю на экран распознавания лиц, касаюсь монитора для проверки отпечатков пальцев, произношу пароль. На этой неделе кодовое слово — «вызов».
Я озираюсь по сторонам. Тишина. Пока все идет по плану. Камеры на каждой стене подмигивают мне красными глазками-бусинами. Скоро, очень скоро кто-то на том конце системы видеонаблюдения заметит меня, а может, уже заметил. Мне приходится ускорить шаг.
Помимо камер видеонаблюдения здесь каждую ночь дежурит охрана: по одному охраннику у каждого выхода. Всего пять человек. Свой пост они покинут лишь в единственном случае: если подумают, что их присутствие срочно требуется в другом месте. Я собираюсь отвлечь их тем, что нарочно включу сигнал тревоги.
Сделать это легко. Для этого достаточно произнести экстренный пароль. Всего одно слово. Три крошечных слога. Тем не менее не все так просто. Я никак не могу заставить себя это сделать. Я тяну время. Если это сделать, пути назад уже не будет. Возникнет хаос. Еще никто ни разу не произносил экстренный пароль. В этом не было необходимости. По моей спине пробегает холодок.
Стоит проверить видеозапись, и станет ясно, что я сделал это нарочно. Мама будет в бешенстве, отец тоже. И о чем я только думаю?
Я делаю еще один вдох и вспоминаю о Прие. Интересно, она еще жива? Когда-нибудь я выясню, где она. Я вспоминаю Хошико: думаю о ее глазах и волосах, озаренных светом. Внезапно мне становится легче.
Я смотрю в камеру над моей головой. Глядя прямо в экран, я громко и четко произношу пароль. Он эхом звенит в тишине: «Осколок».
В следующую секунду весь дом заливается слепящим светом, пронзительно воет сигнализация. Этого достаточно, чтобы разбудить весь квартал.
Я со всех ног вбегаю в прихожую и ныряю в чулан под лестницей. Едва успев спрятаться, слышу чей-то топот. В щелку двери я вижу, что это Стэнли бежит мимо меня в кухню. Не успел он свернуть, как появляется кто-то еще. Я тем временем выныриваю из своего убежища и торопливо бросаюсь к двери.