— Ты знаешь, если бы он не был так богат, я бы этому только обрадовалась, все было бы намного проще…
— Ну то, что конкуренток сразу бы поубавилось, это точно, — кивнула я. — Ты знаешь, я конечно не так хорошо знакома с Андреем, как ты, но одно поняла — он далеко не дурак. Если тебе удастся привлечь его внимание, как-то заинтриговать, он очень быстро разберется, что ты за человек и как к нему относишься.
Мы болтали до поздней ночи, как старые подруги во время пижамной вечеринки. Я вспоминала свои приключения в командировках, Лиса рассказывала забавные случае на съемках сериалов. А потом мы заснули, совершенно счастливые.
Первым, что я увидела рано утром было лицо Андрея Истомина.
— А…а-а! — вскрикнула я.
Потом закрыла глаза и снова открыла их в надежде, что такая перезагрузка поможет избавиться от навязчивого видения. Но кронпринц никуда не делся. Он все также стоял надо мной в шортах и майке с полотенцем, переброшенным через плечо.
— Вставайте, сони! Пора на завтрак!
— И ты пришел пригласить нас лично? — наконец сказала я.
— Если честно, я просто хотел увидеть вас с утра в натуральном виде, — хмыкнул Истомин. — К счастью здесь, в отеле, мои передвижения никто не ограничивает.
В дверях я заметила оператора Мишку.
Так. Эта сцена, конечно же, войдет в новый выпуск. Значит, организаторы шоу решили предоставить Истомину свободу передвижения, а операторы просто ходят следом? Ну что ж, так даже веселее.
На завтрак дали омлет, сосиски, множество фруктов. Принесли соки в стеклянных графинах. Я выбрала ярко-зеленый, и он оказался очень вкусным.
— Это сок гуавы, — подсказала Алиса.
— Надо запомнить.
После завтрака нас снова погрузили в потрепанный автобус и повезли на групповое свидание.
— Где мы? — спросила Аида, когда автобус остановился в каких-то джунглях.
— Это заповедник, — пояснила Илона. — Будете кататься на слонах.
Мы поднялись на второй этаж деревянного дома странной конструкции. Прямо к краю терассы подходили слоны. На шее — погонщик. На спине закреплена небольшая деревянная скамейка. Истомину предстояло проехать с каждой девушкой, а значит у каждой будет тет-а-тет.
Я не представляла, о чем он станет говорить со мной на этот раз.
— Как тебе Пхукет? — спросил он, стоило нам немного отъехать.
Оператор Миша, тот самый, что побывал с утра пораньше в нашей спальне, бежал рядом со слоном по буеракам и мужественно снимал нашу неспешную беседу.
— Мне тут очень нравится. Хотела бы когда-нибудь приехать сюда снова. Уже в обычный отпуск.
Чуть не сказала «с Сашей».
— Я всегда приезжаю сюда, когда грустно, — поделился Андрей. — Большинство моих друзей предпочитают европейские курорты, а мне хорошо здесь. Такое ощущение, будто ты сбежал от всех проблем.
— Здесь ты пытался забыть Марину?
Он вздрогнул.
— Марину?
Только тут я поняла, что имя его бывшей жены, которую он зачем-то называет просто бывшей девушкой, я знаю от Людмилы. Сам Андрей его не называл. Ну и что? Разве это такая тайна? Что он переполошился?
— Ну да. Здесь хорошо лечить разбитое сердце, — кронпринц уже взял себя в руки.
На Андрее была соломенная шляпа ковбойского фасона и хлопковая рубашка с длинным рукавом, оттенявшая загорелую кожу. Я невольно залюбовалась им.
— Хочешь покататься на шее у слона? Хочешь, не боишься?
Я кивнула. Погонщик как-то понял нас, спрыгнул на землю и я заняла его место. Я гладила слона по спине, а он хлопал ушами, отгоняя мух и создавая прохладу. Потрясающее ощущение. Андрей Истомин с его разбитым сердцем был моментально забыт.
На индивидуальное свидание он увез Аиду. Их ждала смотровая площадка и тайский ресторан. А мы вернулись в отель. Алиса, утомленная, сегодняшними приключениями, заснула рано, а я все сидела без сна, любуясь ночным Тайландом.
В тот вечер дождь стоял сплошной теплой стеной, как бывает в тропиках, и кончился внезапно, будто от резкой пощечины. Солнце осталось еще ненадолго, чтобы просушить капли, а потом тоже улеглось в волны. В деревне на берегу Андаманского моря тайская ночь была черной и бархатной, маленькие домики трущоб надежно спрятались в ней. Темнота в этих районах была абсолютной, ничем не потревоженной. Фонарей практически не было, а электричество местные жители экономили. В тишине, нарушаемой лишь криками птиц и шумом прибоя рыбаки и уличные торговцы спешили к своему очагу. Море, похожее на расплавленное масло, накатывало на берег, пузырилось, касалось ног, но, перегретое палящим солнцем за день, все еще не давало желанной прохлады.