Маша как раз успела все рассказать к тому моменту, как в зале появились полицейские.
Я бросила быстрый взгляд на Алису. На ней лица не было.
Саша, Хенри и Людмила с Илоной долго совещались с полицейскими и в конце концов нам все-таки разрешили доснять финал шоу. Проект должен закончится красиво. А уж потом, в постшоу, победительницу разоблачат.
Конечно, о том, чтобы снимать в усыпанном осколками бальном зале, и речи не было.
Редакторы подготовили галерею орхидей. Помещение, конечно, поменьше и поскромнее, зато все уставлено цветами.
Андрей, превозмогая боль в забинтованной ноге, кружил в вальсе с Алисой. А потом снимали сцену прощания с проигравшей участницей, то есть со мной.
— Пусть твои мечты сбудутся. Желаю тебе встретить своего мужчину.
Я лучезарно улыбнулась. Истомин обнял меня на по-дружески на прощание. Все в лучших традициях проекта. Он прижался к моей щеке и прошептал в самое ухо:
— Что бы ты не говорила, я не сдамся, слышишь?
Слишком тихо, чтобы его слова могла уловить камера. Слишком громко, чтобы я могла притвориться, что не расслышала.
Глава 51
Машу арестовали, и вести финальное пост-шоу пришлось мне.
— Здравствуйте! В эфире пост-шоу «Кронпринц». За три месяца вы привыкли включать телевизор в этот час, чтобы узнать самые горячие факты, самые скандальные новости нашего телепроекта. И сейчас вас терзает только один вопрос — где же Маша Калинина и что она для вас сегодня приготовила. Но дело в том, что самый главный скандал проекта оказался напрямую связан с самой Марией. Поэтому сегодня с вами я, Анастасия Земляникина. Пристегните ремни. Вся правда о шоу «Кронпринц» прямо сейчас.
После выпуска ко мне подошел Виктор Алексеевич Рыбин. Подошел, чтобы поздравить.
— Я, ты знаешь, редко говорю такое сотрудникам, но я горжусь тобой, Ася. Знал, что твои рейтинги взлетят после проекта, но не предполагал, что настолько. Если так дальше пойдет, через пару лет можно будет подумать об авторской программе.
— Я так вам за все благодарна!
— Да я-то тут причем? Ты всего сама добилась.
— За то, что вы не уволили меня, когда я была никому неизвестной журналисткой, — на моих глазах выступили слезы.
— Ну хватит, хватит. Ты главное на другой канал от нас не убегай. Если вдруг что-то перестанет устраивать, лучше приходи ко мне, потолкуем.
А потом мне увеличили зарплату. В два раза.
В нашей новой квартире все было точно так, как мы мечтали. И Саша вел себя как ни в чем не бывало. И я была ему за это признательна. Пока однажды вечером он не пришел домой с каким-то странным выражением лица.
— А что у нас сегодня на ужин? М-м-м, рыба по-аргентиски…
— Слушай, не морочь мне голову. Если хочешь что-то сказать, говори сразу.
— Меня отправляют в командировку. На Ближний Восток.
— Но там… Там война…
— Да, и поэтому я там нужен.
Я молчала. Де жа вю. Мы снова сидим на кухне, снова один из нас должен ехать в командировку. Потому что такая у него работа. Только на этот раз это он, а не я.
— Надолго?
— Два месяца. Даже дату переносить не придется. Поженимся двадцать пятого июля, как и запланировали.
— Ты хочешь лететь? — с отчаянием в голосе спросила я.
— Я военный, Ася. И ты, как дочь генерала, должна это понимать.
Я понимала. Но вместе с тем отчаянно не хотела его отпускать.
Наша последняя ночь вместе была просто волшебной. Мы вспоминали, как познакомились и все самое лучшее, что было между нами.
Он звонил мне редко и я, как и в прежние времена, пыталась угадать, насколько опасно там, где он сейчас, по новостям. Одинокие вечера в новой квартире были просто невыносимы и друзья, как могли, пытались скрасить мне их.
Чаще всего приезжала Маришка. Ей оставалось всего два месяца до родов и она уже отправилась в отпуск. Олег и Женя, как обычно, работали допоздна. Как-то раз мы сидели вместе со старой подругой у меня на кухне. Она привезла с собой бутылку вина. Для меня.
— Ты знаешь, я пожалуй не буду.
— Так. Это что еще за новости, Земляникина? Вино не пьешь, ешь только соленое… а ну говори правду!
— Ну да, я могу быть беременна. Но это еще не точно…
— И какая задержка?
— Две недели. Мы после моего возвращения не предохранялись.
— Все ясно. Тест уже покажет. Одевайся тогда, пойдем.