– Да, было.
– Где это случилось?– ЭтоДрыгелла.
– На природе,– ни сколько не погрешив против истины, подтвердила Бри.
– Вы были голые?– с не меньшим интересом спрашивала Дрыгелла.
– Голые.
А что? Ее платье было расстегнуто до пояса и поднято к этому самому поясу – значит, все открыто. Да и Альф уже штаны практически снял.
– И как?– обе подруги явно жаждали подробностей.
Бри поняла, что за одной подробностью потянется другая, поэтому предпочла сделать таинственный вид, печально вздохнуть и суметь поторговаться.
– Я сейчас ничего не буду вам рассказывать, девочки,– опуская глаза и вытирая несуществующие слезы, сказала она.– Расскажу потом, когда немного отойду от своей потери. Мне сейчас так тяжело.
Подруги понимающе закивали, попробовали хитростью все–таки что–нибудь узнать, но Бригитта в этот вечер была на высоте и больше ни о чем не проболталась.
Подруги сразу преисполнились уважения, и разговор перешел на предстоящий королевский бал.
А потом истина всплыла наружу. Следующая встреча трех подруг состоялась в замке Лихонеллы, куда герцог Сантан отпустил дочь с огромным нежеланием и под большой охраной.
Бри приехала последней. Дрыгелла уже была тут, и, судя по опустошенному сервировочному столику, заседали две демоницы без нее давно.
При появлении Бригитты они стали гаденько хихикать, и сразу, не откладывая в долгий ящик, выдали ей, что все знают о том, кто такой был Альфонсикус.
От такой неожиданности Бри растерялась и выдала себя с потрохами. Страдающее выражение безутешной возлюбленной сошло с ее красного лица, а на место ему пришло любимое набычившееся.
Слово за слово, разоблачение за разоблачением, и буквально за пятнадцать минут, Бригитта потеряла все свои завоеванные за прошлую встречу позиции.
Откуда Лихонелла узнала, что Альфонсикус был грешником, она в силу своей юности и неискушенности даже не задумалась. Ей пришлось обороняться на два фронта под градом неудобных вопросов. Она рычала, обижалась, даже всплакнула от злости, но, в конце концов, во всем призналась и во всем раскаялась.
К чести подружек следует сказать, что они не ужаснулись тому, что ее возлюбленным был грешник. Эту правовую сторону вопроса как–то само собой обошли стороной, а вот то, что Бригитта обманула их в самом главном (в том–этом), вызвали у них волну насмешек и издевательств.
А тут еще Лихонелла похвасталась новым прибором, который ее самый богатый в герцогстве, а может быть, и в целом королевстве (после короля, разумеется) папаша откуда–то недавно приволок.
Это был небольшой ящичек с какими–то странными ручками и проводами, который показывал удивительно – необыкновенные вещи. Этот ящик и примирил всех после некрасиво разгоревшейся ссоры, уж очень Лихонелле хотелось похвастаться его приобретением.
Бригитта просто кинула взгляд и уже не смогла оторвать его. Лихонелла нажимала на небольшой рычажок и картинки менялись. Незнакомая музыка хлынула в покои маркизы Лихонеллы, где и собрались наши подружки, и все демонессы открыли рты. Потом, при нажатии рычажка, картинка переключилась, и девицы сильнее открыли рты: два грешника – мужчина и женщина – бесстыдно целовались и говорили друг другу необыкновенно ласковые слова.
Потом показывали, как грешники играют: взрослые мужчины бежали со странными палками в руках, а из палок вылетал огонь, а потом не драконы, а железные странные фигуры с крыльями взлетали в небо. А небо это у людей было высокое и голубое.
При следующем переключении Бри увидела длинный помост. По нему ходили грешницы – все в разных нарядах. И ей показалось, что эти грешницы ни капли не стесняются вот так ходить (некоторые из них, кстати, о, ужас, были полуголые), а наоборот – вертятся в разные стороны как обезьяны, как бы предлагая рассмотреть себя получше с разных сторон.
А потом ящик забарахлил. Лихонелла сказала, что это «помехи» («интересное слово»,– отметила про себя Бри), что время просмотра закончилось, и теперь смотривайзеру нужно отдохнуть.
Девицы принялись с воодушевлением обсуждать увиденное и завидовать Лихонелле. Та, как всегда, задрала нос и напомнила, что у ее папаши все самое лучшее в королевстве, после короля, разумеется.
Дрыгелла тоже не осталась в долгу. Она похвасталась, что дала отставку очередному кавалеру, и теперь встречается уже с третьим по счету. До настоящих поцелуев еще не дошло, но подарки и объятия уже были.
А Лихонелла, оттопырив нижнюю губу, перебила эту новость своей: они с ее поклонником графом Как–там–звать–его–не–разберешь неделю назад летали на Огненную лаву– отдохнули, искупались, получили максимум удовольствия.