Я вскинула брови. Это президент представляет наименьшую ценность, чем я? Да если что-то случиться с ним, то планете грозит гражданская война за власть. Ни один из родов не упустит шанс ухватить лакомый кусочек. И каждый из нас будет уничтожать любого, вставшего на пути.
- Габриэль - мужчина, мисс Оплфорд. – непреклонно заявил инквизитор, со сквозящими металлическими нотками. – И в состоянии о себе позаботиться сам, что неоднократно подтверждал.
От ответа меня спас доктор:
- Готово! – возвестил довольный собой Илдвайн, опуская окровавленную пулю в мисочку. Та звякнула, прокатившись по дну и оставив после себя кровавый развод. После чего доктор сунул мне мисочку под самый нос, радостно потрясывая ее. – Осталось только зашить. А вы, мистер Арчибальд, можете идти.
Инквизитор ничего не ответил, только взглянул на меня. Я же вдруг вспомнила, что, вообще-то, он весь в крови, мокрый после дождя, потому что пиджак свой мне отдал, когда доставлял в кабинет. А еще, наверняка, голодный и абсолютно точно злой. И так стыдно стало.
- Илдвайн прав, мистер Арчибальд. – кивнула я, отпуская ладонь инквизитора. – Спасибо большое за оказанную поддержку. Дальше, думаю, мы справимся сами.
И улыбнулась. Искренне, попытавшись вложить в одну эту улыбку всю ту благодарность, переполняющую меня. А благодарить действительно было за что.
Инквизитор кивнул, подхватил лежащий на спинке стула пиджак и ровными, отточенными и размашистыми шагами покинул помещение.
- Ох, Этелька, - хмыкнул Илдвайн после ухода Клоделя Арчибальда, осторожно промокаю кровоточащее плечо впитывающей материей, от которой весьма ощутимо пахло острым запахом спирта. – Опасная ты женщина, оказывается.
- Это почему? – удивилась я, осторожно ощупывая рану. Я ничего не почувствовала. Обезболивающее действовало безупречно.
- А ты с инквизитором флиртуешь. Совсем, что ли, инстинкт самосохранения отсутствует? – вопросил Илдвайн, беря в руки стилус для сшивания ран. Я же уронила челюсть на пол, и она закатилась под кушетку, неприлично звякнув зубами о мрамор. – Ты только пойми, Элька, Клодель Акей Арчибальд – это не Роберт, он твое безразличие терпеть не станет. Наследник еще молод, неопытен, а инквизитор милых девочек, подобных тебе, за завтраком по пять штук съедает. Ох, с огнем играешь, деточка, с огнем…
И доктор пристроился к моему плечу, сосредоточенно сшивая края раны. Выглядел он в сканирующих очках и с высунутым от усердия кончиком языка довольно жутко, однако я оставила свое мнение при себе. Незачем шокировать доктора своим воображением. Или все же роль в моем затянувшемся молчании сыграло удивление, возникшее после слов Илдвайна? Определенно, доктор не так понял мою просьбу к инквизитору присутствовать при операции. Я, если честно, и сама несколько удивилась ей. Все же я теряла сознание, а в бреду и не такое можно сказать. Поэтому флиртом здесь и не пахнет. Вот только гложет смутное сомнение, что Клодель Арчибальд мог понять просьбу превратно.
- Илдвайн, я не флиртовала. – решила пролить свет на ситуацию, потому что свое честно имя хотелось отстоять. Глупо, наверное, но мне не было все равно, что подумает доктор. – Я вообще не помню, как попросила инквизитора остаться.
Стилус в руках Илдвайна светился мягким, желтым светом. Я чувствовала, как от него растекается приятное тепло, покалывающее и снимающее напряжение. Но вместе с тем и осознавала, что раз я начинаю чувствовать онемевшую часть тела, то, значит, скоро вернется и боль. Обезболивающее перестает действовать.
- Ты-то не помнишь, Эль. А инквизитор вот помнит. – хмыкнул Илдвайн. – Перед тем, как потерять сознание, ты потеряла большое количество крови, была напугана и неосознанно цеплялась за Клоделя Арчибальда, казавшегося тебе единственным надежным человеком в сложившейся ситуации. А мужчины, Этель, охотники. У инквизиторов этот инстинкт особенно обострен. А теперь представь, что чувствовал Клодель, когда ты хоть и неосознанно, но нежно к нему льнула, стремясь оказаться в безопасности. Что-то да шевельнулось в мертвой душонке, ну просто не могло не шевельнуться. А потом ты очнулась и пошла на попятную. Можно сказать, воспользовалась давним женским приемом: заинтересовать и скрыться, чтобы сам выследил, поймал и съел. Как зверь жертву.
Я невольно содрогнулась от сравнения, заслужив укоризненный взгляд от доктора, зашивающего мою рану и просившего не дергаться. Извиняющейся улыбнулась, задумавшись над его словами.
- Илдвайн, инквизитор сказал, что я была в обмороке не больше пяти минут. – произнесла я. – Когда теряла сознания, думала, что умру, а сейчас вот хорошо себя чувствую. Когда ты успел что-то сделать?