- Разошлись в интересах, - пожал плечами Клод. – когда Габриэль решил выйти из рода.
- Подожди, так Клодель Арчибальд уже тогда был во главе Инквизиции? – удивилась я, взглянув на рьяно кивающего Эварда. – Сколько ему тогда было? Если Габриэль Арчибальд начал править планетой через год после того, как покинул состав рода, отказавшись от него, а Клодель уже тогда был у руля…
- Мне было двадцать пять, - отозвался Клод, разворачиваясь лицом к нам. Дворецкий споткнулся о ковер, но быстро выпрямился, расплываясь в широкой улыбке. Мда-а, неприятная ситуация. – я тогда только занял кресло маршала. Мечтал сломать систему, выстроить идеальное законодательство, обеспечить полную безопасность граждан, я готов был идти до конца. На юных и амбициозных всегда делают ставки сильнейшие мира сего, поэтому я быстро обзавелся необходимой поддержкой влиятельных родов. Вернулся в резиденцию, чтобы предложить Элу место в Инквизиции. Рассчитывал на помощь старшего брата. Это должно было быть лучшее в истории время, когда люди могли не бояться завтрашнего дня. Ты должна понимать, что тогда планета переживала не лучшие времена: старая власть сменялась, люди выбирали новую.
Я кивнула. Мне тогда было одиннадцать лет, я жила в Англии. Мне рассказывали о том, что грядут тяжелые времена для рода, если на место президента не вступит нужный нам человек. Дед уже тогда поддерживал Габриэля Арчибальда. Грызня была не шуточная. Влиятельны рода чуть не поубивали друг друга в погоне за местечко потеплее. Всем хотелось на олимп, но при этом каждый понимал, что все зависит от голосов граждан.
Даже я в свои одиннадцать знала, что мирно дело не закончится. Все готовились к худшему. Поэтому, когда Габриэль Арчибальд покинул род, многие поддерживающие его люди ушли, переметнувшись на сторону соперников мистера Арчибальда. Но именно это действие заставило обычных граждан, на которых оказывалось нешуточное давление со стороны лучшей тридцатки родов, облеченных властью, выбрать его. Граждане поняли, что Габриэль Арчибальд – их билет в счастливое будущее. Процент голосов был давящим. Мистер Арчибальд победил с 63 процентами.
И вот, с тех пор правит. Пришлось даже внести правки в Конституцию, позволив президенту переизбираться столько раз, сколько тому будет удобно. И выдвинул это предложение народ, в любви которого безоговорочно купается мистер Арчибальд.
Габриэль Арчибальда выдвинул свою кандидатуру в двадцать семь. С тех пор, как он победил, мистер Арчибальд правит двенадцать лет – два срока по шесть лет. Вскоре будут очередные выборы и, очевидно, что победит Арчибальдов красавчик-либерал. Поэтому среди других родов, что готовят своих отпрысков для кресла президента, много недовольных. Еще бы заговорщиков против Арчибальдов не было.
- Но Эл отказался. – продолжил Клод сухо, засунув руки в карманы. - Он был занят своей карьерой. Тогда стало известно, что кузен метит в президенты, для чего собирается покинуть род Арчибальд. Его не устраивала зависимость от Леонардо, он хотел покинуть семью и надеялся на полную и безоговорочную поддержку Инквизиции. Если бы люди узнали о том, что военные поддерживают кандидата, то шанс на победу стал бы значительно выше. Но во мне взыграл юношеским максимализм, и я решил, что не позволю очередному президентишке давить на орден.
Он устремил на меня мрачный синий взгляд. На скулах ходили желваки, но ни словом он не позволил себе выказать недовольство тем фактом, что вынужден все это рассказывать мне. Шаг навстречу? Возможно.
Клод, как и я, понимал, что теперь я имею право узнать это. И будет лучше, если это расскажет он сам, а не кто-то вроде Эварда, коллекционирующего сплетни.
- Мы были близки к открытой конфронтации, но никто не решился перешагнуть черту. – продолжил Клод. – Тогда нас сдержало чудо. Сейчас – соглашение. Ты можешь не беспокоиться, что придется поддерживать оппозиционера.
Я не смогла сдержать улыбку. Потому что Клод действительно подходил на роль оппозиционера. Сильный, умный, с поддержкой в лице многих родов и абсолютный лидер Инквизиции. Если бы я решила возразить против власти, то примкнула бы к его рядам. Хотя бы потому, что он внушал доверие.
- Знаешь, если ты все же когда-нибудь решишься возглавить оппозицию, - произнесла я, прикусив губу, потому что хотелось его поддержать. – то сообщи об этом мне. Я закажу футболки с твоим изображением и жизнеутверждающим слоганом.
- Обязательно, - хохотнул Клод. – только согласуй со мной девиз. Не хочу щеголять в футболке с надписью: «За красавчика!».
О-о, если бы Клод только знал, на что способна моя богатая фантазия. Простым «За красавчика!» тут дело бы не ограничилось. Я бы с удовольствием поиграла словами и историей. «Мы уничтожили ведьм, так на костер и власть!». Определено, мы бы собрали вокруг себя большую аудиторию.