- Да у вас здесь вообще проходной двор, - ворчу я, пряча лицо на его груди. – дикари и те жили, а вы вообще ничего о них не знали. Клод, - поднимаю я на него взгляд, но не голову. – ты не знаешь моих родителей. Они, скажу прямо, потребители выгоды. И если ты считаешь, что они наконец осознали, что их дочь пытались сжечь, и потому явились, то имеешь все шансы крупно разочароваться.
- Мне абсолютно безразличны причины их приезда, - произносит он, подхватив мое лицо за подбородок. – Главное, что они могут дать нам благословление на этот союз.
- А тебе нужно их благословление? – удивленно вскинула я брови.
- Нет, - пожал маршал Инквизиции плечами. – но это бы значило, что ты официально, по одобрению рода Оплфорд, выпадаешь из категории «свободных наследниц обеспеченных родов» и попадаешь под определение тех, кому не повезло оказаться в зоне интереса маршала Инквизиции.
- И много таких, кому не повезло? – интересуюсь я невинно, заслужив еще один укоризненный взгляд. – Ладно уж, - вздыхаю. – веди меня на погибель к родителям. Но я тебя предупредила!
В ответ смешок и короткий поцелуй, после чего меня подхватили на руки и с удвоенной скоростью понесли вниз. Видимо, чтобы я не попыталась снова вцепиться в предметы декора.
К тому моменту, как мы замерли у двери в ту часть резиденции, куда путь конкурсанткам заказан, я успела известись окончательно. А все потому, что не могли родители явиться вот так, без причины с видимой для них выгодой. Неужели мне предстоит очередной контракт с собственным родом?
Кинув взгляд на Клода, извлекшего из недр кармана карточный ключ, поняла, что предстоит не только новый контракт, но и громкий скандал. И еще бы, ведь придется рассказать о соглашении с Арчибальдами, а затем выслушать подробную лекцию от родителей о собственный глупости. Ведь как так? Я по собственной глупости просто взяла и упустила шанс выйти замуж за наследника рода Арчибальд!
Конечно, их смягчит Клод, который способен поднять рейтинг рода Оплфорд до невиданных высот, но факт останется фактом. Я заключила плохую сделку.
Двери распахнулись, заставив Клода с видимой неохотой отпустить меня на ноги. Однако маршал Инквизиции взял меня за руку, слегка сжав мою ладонь в знак поддержки. Знал бы он, что сейчас будет…
- Да что вы говорите! – раздался мелодичный мамин голос, сменяемый ее смехом. Тем самым, который был специально создан для привлечения инвесторов к бизнесу отца. – Каролина она действительно такая, уж простите ее плохое воспитание. И вроде бы мы сделали все возможное, чтобы из доченьки вышла настоящая леди, но сами понимаете, сфера, в которой она работает, несколько…
- Матушка, - сладенько воркую я, кинув на Клода взгляд из разряда «я же говорила». – прекрати плести небылицы о корпорации «МартиноПлейзер». Индустрия PR-менеджмента современная, актуальная и приносящая хорошую прибыль.
- Да никто и не спорит, дорогая. – но по взгляду голубых глаз сразу понятно, что матушка изволит врать. Она бы определенно поспорила.
Мама поднялась с голубого диванчика под заинтересованными взглядами собравшихся и в лучших традициях высшего света поцеловала воздух у моих щек. Запах розовой воды окутал меня знакомым и родным запахом, напомнив о детстве, когда все было радужно и оптимистично. Сэр Аньелли умиленно глядел на нас, запивая сцену встречи матери и дочери…молоком. Ого, да на моих глазах произошло историческое событие! Британский лорд отказался от алкоголя, отдав предпочтением молочным продуктам.
Следом поднялся отец, ласково погладив меня по спине. Как всегда, очередной дорогой костюм, платиновые запонки, начищенные до блеска туфли и галстук, подходящий по цвету к маминому синему платью.
И только я приготовилась вежливо поинтересоваться, чего родителям надобно, как прозвучало:
– Ах, Каролина, во что ты одета? – мамин взгляд, преисполненный ужаса, пробежался по мне от ног до уложенных в локоны волос. – Как ты можешь носить эти мешковатые джинсы в присутствии столь очаровательных молодых людей?
Я не буду скрипеть зубами. Не буду, сказала.
Роберт, обнаружившийся в кресле по соседству с нашим президентом, старательно не улыбается. Так старательно, что аж зубы мудрости видно. Видимо, моя встреча с родителями ему нравится все больше и больше. Как же, уязвленное самолюбие встрепенулось.
- Очаровательные молодые люди, - обращаюсь я к присутствующим с непередаваемой интонацией, обещающей адские муки тому, кто меня сейчас не поддержит. – кого-то из вас смущает наличие на мне джинс?
Мужчины отрицательно качают головой, пряча улыбки, а Аньелли так еще заявил, что и сам любит джинсы. Врет, учитывая, что я ни разу не видела его в обозначенном предмете гардероба. Но все равно приятно, вроде как все за меня.