- Какая она? – тихо разорвала я затянувшуюся тишину, глядя на пол.
- Амери? – уточнила Гвен, задумавшись после моего неуверенного кивка. – Твоя мама была из другой семьи, совершенно не нашего уровня. Обычная девочка, из простой семьи, не имеющей ничего общего с верхушкой власти. – странно усмехнувшись, Гвен вцепилась пальцами в рукава своей рубашки. - Я бы сказала, что твоя мама правильная, но в своем, особом понимании. А еще добрая, целеустремленная и смелая. Представляешь, она ведь из университета сбежала, прямо с первого курса, решив начать свое дело. Амери свой бизнес, очень успешный сейчас, с нуля построила. – напряженно хихикнув, Гвен объяснила: - Она открыла свой интернет-магазин одежды, в котором продавала вещи собственного пошива. Сначала в нем работало четыре человека, спустя месяц уже шестьдесят, а дальше бизнес все развивался и развивался. В итоге ее родители махнули рукой и позволили дочери творить и вытворять. Амери и с дядей, твоим отцом, познакомилась, когда к ее бизнесу решили прикрепить надсмотрщика. Тридцатка родов постановила, что за неизвестно откуда взявшейся выскочкой нужно проследить, а для того приставили твоего отца, Гейерманса, к этой нелегкой задаче следить за бруклинской красоткой.
Вот как! Значит мои биологические родители из разных места: Амери из Бруклина, а Гейерманс из Лондона. А Амери так и вообще не из верхушки. Неужели это несогласие с правилами высшего света, борьба с собственным происхождением и стремление к большему у меня от нее? Возможно такое, что мой характер закрепился не из-за воспитания моих родителей, а генетически заложен от Амери?
И, похоже, моя биологическая мама достаточно сильный и авантюрный человек. В смысле, ну кто еще может бросить университет и начать собственный старт-ап, будучи первокурсницей без денег и связей? Я понимаю, если семья из верхушки, но Гвен сказала, что Амери была из самой простой семьи. Для этого же нужно иметь железные нервы, прорву креативности и смелость!
- Сначала, конечно, сколки между ними были. – вспомнив что-то, улыбнулась Гвен. – Они, когда рассказывали о своем знакомстве, так переглядывались, что нам всем до жути интересно стало. Представляешь, Амери однажды дя…давай, я буду называть его Гейермансом? Ты так быстрее привыкнешь. Так вот, она однажды закрыла его в машине, когда ей нужно было на важную встречу с инвесторами. И твоему отцу пришлось просидеть в ней, дожидаясь юной карьеристки, до самого вечера! И ладно бы, казалось, бывает, так ведь он решил отомстить. Запер ее в собственном кабинете, когда все ушли, а тот полностью стеклянный был, так что он еще и бдел, попевая кофеёк, за тем, как она психовала.
Представив себе картину взбешенной девушки, запертой в собственном офисе, и довольного собой и жизнью мужчины, радостно наблюдающего за беснующейся дамой, невольно хихикнула. Я бы на месте Гейерманса после такого произвола еще что-нибудь похлеще придумала, а он вполне даже благородно поступил. Не оставил несчастную женщину одну в офисе, а даже по-джентельменски присматривал.
Хотя, если честно, Амери я тоже понимаю. Вот работала она, столько трудов вкладывала, а там какая-то кучка из высшего света решила, что за ней нужно закрепить надсмотр. Я бы тоже взбесилась! И, пожалуй, не ограничилась бы простым пленением в машине. Ибо нечего делать вид, что ты тут самый главный!
Или это – женская солидарность?
- Пол ночи ее так продержал, только ближе к утру выпустил. – продолжила рассказывать Гвен, несколько расслабившись. Видимо окончательно убедилась в том, что я не собираю бросаться стульями и обвинять ее во всей грехах рода Бланд. - Война у них длилась долго, ровно до тех пор, пока бизнесу Амери не начала угрожать беда – показатели начали падать, инвесторы забирали свои вклады. Гейерманс тогда очень ей помог, только не сознается как именно. В общем, после той истории Амери увидела в нем нечто большее, чем угрозу своему бизнесу, а конкретнее – вполне даже помощь. Постепенно начала доверять, даже советоваться. А Гейерманс во время крупной пресс-конференции взял и на весь мир ей предложение сделал. Представляешь?
Представляю. Вот это было безвыходное положение, должно было быть! С одной стороны, вроде бы, и отказаться хочется, а с другой – общественность, с жадностью за действиями наблюдающая. Скажешь «нет» подпортишь рейтинги и себе, и несчастному мужчине, решившему сделать предложение, а скажешь «да» - вынудили, вроде как.