- Хорошо, спасибо. – вежливо отозвалась я хриплым со сна голосом. – А что я здесь делаю?
- Вас принес мистер Арчибальд, - отозвался, вероятно, доктор, протянув мне прозрачную капсулу и стакан воды. – у вас был бред. Вы выдвигали различные теории обмена опытом с мамонтами и требовали вставить мистеру Хоткинсу бивни. Мисс Оплфорд, я обнаружил у вас сотрясение мозга. Вы не хотите объяснить, что с вами произошло?
Сменив положение «лежа» на «сидя» на обычной, пластиковой медицинской кушетке, я запила таблетку, вернув стакан врачу. Негоже присваивать вещи работников медицины.
- Ничего страшного, мистер…мистер Кларк. – взглянула я на электронный пейджер доктора.
Очень удобная вещь! Пейджер не только имя доктора указывает, но и в работе врачам очень помогает. Этакий уникальный ключ к засекреченным базам данных клиентов, медицинским препаратам и разработкам. Внутри пейджера есть микросхема, привязанная к владельцу на крови. Это и делает вещь совершенно неповторимой. Пейджер невозможно украсть, продать или потерять. Кстати, некоторые банки с особенно безопасной системой хранения устроены по такой же схеме. Клиент покупает ячейку, в схему впаивают каплю его крови, а затем открыть его может только сам клиент. Ну, или ядерная бомба. Но это, конечно, если очень и очень сильно постараться.
- Интересная история, - как-то ехидно протянул мужчина. – если для вас, девушек, пробитая голова и сотрясение – ничего страшного, то я даже предположить не берусь, что же способно вогнать вас в священный ужас. Признайтесь честно, мисс, конкурсантки бушуют?
Перестав рассматривать просторное светлое помещение с большим окном, выходящим в сад, и нейтрального цвета мебелью, я удивленно взглянула на доктора, вольготно устроившегося в кресле напротив стола, расположенного вплотную к окну. Повернувшись ко мне, он задумчиво постучал стилом об стол.
- Если это так, мисс Оплфорд, то вы можете рассказать о случившемся любому из администраторов конкурса. Я зафиксировал ваше сотрясение, поверьте, этого будет достаточно не только для отчисления конкурсантки, причинившей ущерб вашему здоровью, но и для суда. – произнес этот очаровательный пожилой человек, по-детски озорно улыбнувшись. – Засудили бы конкурсантку, а заодно и шоу, подпортили бы репутацию этому белобрысому хмырю.
Вот так вот, одно слово, а все уже поняли, что хмырь – это Калеб. И даже более того, все согласны. Ну, я вот точно согласна.
- Его трудно будет засудить, - хмыкнула я, неожиданно проникшись симпатией к этому незнакомому человеку. – мистер Кларк.
- Я вас умоляю, - отмахнулся доктор, развернувшись креслом в мою сторону. – зовите меня Илдвайн.
Я просияла. Илдвайну на вид можно было дать около шестидесяти лет. Седина уже тронула его волосы, окрасив их в благородный оттенок старости. Лицо, покрытое сетью морщинок, озаряла добрая улыбка. И смеющиеся, совершенно юношеские глаза завершали образ этого, несомненно, хорошего человека.
Доктор был не молод, но явно ощущал себя лет на двадцать моложе, чем есть на самом деле. На нем был простой серый костюм, состоящий из классических штанов, белоснежной рубашки и клетчатой серой жилетки. Сверху был накинут белый халат.
По своим наблюдениям могу сказать, что в резиденции Арчибальдов предпочитают классический деловой стиль. Все, кроме конкурсанток. У тех стиль старый, как мир. Чем короче - тем лучше, называется.
- А вы тоже заметили, что он…-тут я на секунду замялась, но подумав, что одним неприличным словом своей репутации не наврежу, закончила: - редкостный недоумок?
- Конечно! – подтвердил мистер Кларк, сверкнув серебром глаз. – Тот еще кретин! Это же надо придумать такое – выезд на ночь в лес. Да где бы это видано, чтобы девушки, выходцы высокопоставленных родов, в лесу на ночь оставались среди диких животных? Ты ведь, деточка, не знаешь, что в местных лесах до сих пор такие твари водятся, о которых наука и не слыхивала последние несколько веков.
- А что там такое? – вопросила я заинтересованно.
- Места-то аномальные здесь. - произнес доктор, протирая тряпочкой поверхность стола. Мизофобией страдает, что ли? - Слышала, наверное, что резиденцию построили в особенной магнитной зоне? Здесь и летать-то могут только особенные, военные вертолеты рода Арчибальд.
- А другие что? Бояться? – вскинула я брови, поудобнее усаживаясь.
- Чисто физически не могут, - хохотнул Илдвайн. – падают сразу же после взлета, система ломается, подняться не могут. Странное место здесь, Этель. Машины и те с трудом ездят. Старые модели, которые еще не на современном топливе, только и справляются.