Но Роберт лишь наклонился к моему уху, задев губами нежную кожу.
- Продолжай.
- Продолжать что? – удивилась я, уперев руки в его грудь и стремясь вырваться из чрезмерно горячих объятий. Кожа на обнаженных частях тела нестерпимо горела. Крем от загара я не нанесла…
- Нести чушь.
Вот тут я обиделась. Действительно обиделась. Сделав резкий шаг назад, заглянула в глаза Роберта. А он, похоже, совершенно не услышал мои слова. Нет, слушал, конечно, но прислушаться не пожелал. Повернувшись к нему спиной, я уверенно направилась в сторону резиденции.
Роберт продолжал стоять, наблюдал за моим передвижением и улыбался.
- Идиот, - подвела я неутешительный итог.
***
Тем временем в резиденции Арчибальд, в кабинете сэра Аньелли…
Сэр Аньелли потягивал коньяк и старался не вмешиваться в и без того напряженный диалог. Вся беседа мистера Арчибальда с инквизитором была похожа на попытку самолета взлететь без топлива и крыльев. Если скатиться с горы, то в воздух-то ты поднимешься, да только через пару секунд рухнешь обратно в пропасть.
Отношения между президентом и независимым орденом можно было бы назвать натянутыми, если бы эти отношения вообще существовали. К искреннему сожалению сэра Аньелли, мистер Арчибальд никак не мог установить стабильный контакт с Инквизицией. Вечно у них то взгляды не сходились, то методы достижения цели расходились, то старые обиды всплывали. Вроде взрослые люди, а к компромиссу все никак не придут.
Организация, возглавляемая присутствующим сейчас мистером Арчибальдом, кузеном президента, крайне заинтересовалась открытием, произведенным мисс Оплфорд. Именно по этой причине Клодель Арчибальд восседал в кресле напротив Габриэля Арчибальда, нагло на последнего поглядывая.
- Нет, - в очередной раз повторил президент, не скрывая раздражения, вызванного откровенно хамским поведением кузена. – мисс Оплфорд не станет давать показания перед Инквизицией.
А девочка-то права была. Только инквизитора здесь не хватало…И так, то университеты или лаборатории позвонят с целью договориться об экспедиции, то гневное письмецо от мамочки какой конкурсантки придет, а теперь вот – силовые ведомства заинтересовались. Неудачная неделя. Однозначно неудачная.
- А мнением девушки ты поинтересоваться не желаешь? – усмехнулся главный инквизитор планеты, лениво оглядывая двоюродного брата.
- Не думаю, что мисс Оплфорд пойдет против воли президента. – хмыкнул в ответ мистер Арчибальд. – Не так воспитана.
- Приятно осознавать, что хоть кто-то на планете еще сохраняет уважение к президенту.
Сэр Аньелли поднялся из кресла, снова наполняя стакан. Третий за сегодня. Так ведь и спиться можно…
Устремив взгляд на залитый светом передний сад, сэр Аньелли встрепенулся. Две знакомые фигуры замерли у фонтана, явно ведя интересный диалог. Ближе подойдя к панорамному окну, мужчина пристально вгляделся в происходящее. Откровенно сильная хватка Роберта, замершая на худенькой руке девушки, заставила сэра Аньелли заинтересоваться происходящим.
- Габриэль, а что между Робертом и Этель? – воспользовавшись паузой, поинтересовался мужчина.
- Контракт, - безразлично отозвался президент, буравя пристальным взглядом наглого кузена.
- А так и не скажешь, - нарочито удивленно отозвался сэр Аньелли, делая глоток. – Искры, может быть, но не черствая бумажка.
Мистер Арчибальд лениво развернулся в кресле, взглянув на происходящее в парке. Напряженность сцены не укрылась и от президента. Его глаза нехорошо сузились, а в голове явно промелькнула мысль поговорить с младшим братом. Можно подумать, что проблем с кузеном ему недостаточно.
Сэр Аньелли небрежно потянулся к пульту.
- Собираешься подслушивать? – неопределенно хмыкнув, вопросил Габриэль Арчибальд.
Вместо ответа сэр Аньелли нажал на кнопку, открывая тонкие створки окна. В помещение тут же проник соленый запах, доносившийся с моря, жаркий ветерок и обрывки голосов.
- …Я нравлюсь им, но не тебе. В чем дело? – долетела реплика Роберта, заставив сэра Аньелли поморщиться.
И сколько учить этого мальчишку неизменной истине? Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей. Однако разговор мужчину заинтересовал.
Спустя некоторое время, сэр Аньелли был готов аплодировать девчонке. Хорошо сказала! Пожалуй, сам сэр Аньелли не осмелился бы так искренне убеждать кого-то, что тот ему безразличен, вперив наивный взгляд прямиком в чужие глаза, пылающие злостью. Сколько чувств, сколько эмоций. Однако, смелости мисс Оплфорд можно было позавидовать.