— Понятно. — усмехнулась я, благодарно сжав ее руку. — Но, Гвен, сейчас я пришла не за поддержкой, а за помощью.
— Нужен хороший юрист? — кивнула Гвен, скорее сделав утверждение, нежели задав вопрос. — Я напишу брату, но, сама понимаешь, пластиковое сообщение будет идти долго, это не сеть. Придется подождать пару дней.
— Спасибо, но мне понадобится помощь другого рода. — уклончиво мотнула я головой, закусив губу. — Понимаешь, инквизиторы не верят мне. Они даже не считают нужным проверить Калеба. А я так не могу. Мне страшно засыпать, передвигаться по резиденции и просто жутко от осознания, что стрелок охотится за мной. Да и этот букет…
— Да, прости, что перебиваю. — произнесла Гвен. — Но букет указывает на то, что стрелок — девушка.
— Почему? — удивленно моргнув, вопросила я.
— Мужчины не отправляют цветы в качестве угрозы. — усмехнулась Гвен. — Те скорее ядовитую змею пришлют. Понимаешь, мужская психология устроена иначе: они не растрачиваются на коварные планы с мелкими пакостями, а действуют как в случае с ГЕНО 744. Да и выбор цветов. Тебе не кажется, что мужчина не стал бы утруждать себя символичностью?
— Мужчина отправил бы красные розы. — мрачно кивнула я, соглашаясь. — Как и в любой другой ситуации. День рождения, первое свидание, похороны, ответ на все — алые розы.
— Верно, — удовлетворенно отозвалась Гвен. — поэтому нужно рассматривать версию с групповым нападением.
— Согласна, — повторно кивнула я. — так вот, Гвен, возвращаясь к заданной теме. Клодель Арчибальд приставил ко мне агентов Инквизиции в качестве телохранителей.
Брови Гвен вновь вспорхнули вверх.
— Да, сейчас они ждут в коридоре. — продолжила я. — У них есть способность сливаться с обстановкой. Не знаю, что это, но работает потрясающе. Агенты просто становятся прозрачными.
— Да, слышала о таком свойстве. — кивнула Гвен. — У меня кузина проходила по программе защиты свидетелей. Агенты сопровождали ее безотрывно каждый день. Много было казусов, связанных с их способность быть невидимыми.
— Это устройство? — вопросила я, подавшись вперед. — Или какой-то медикамент?
— Понятия не имею, — пожала плечами Гвен, также приблизившись. — я пыталась разузнать, подслушивая разговор папы и Клоделя Арчибальда, но последний меня заметил. Пришлось в спешном порядке отступать.
Я понятливо закивала. Если мистер Арчибальд одарил Гвен одной из своих фирменных улыбок мясника в плохом настроении, то я бы тоже смылась. В смысле, вынужденно отступила.
— Так вот, — продолжила я тихо. — у меня есть план, как доказать виновность Калеба. Но мне мешают те два красавца, бдящих за мной. Если они узнают, что я собираюсь сделать, то тут же доложат Клоделю Арчибальду, а тот меня убьет.
— Да-а, сложная ситуация. — покивала Гвен, поморщившись. — Я бы предложила их усыпить, но не уверена, что подействует. Они же принимают некие препараты, которые сводят на нет любые вредоносные медикаменты. А обычным снотворным агентов Инквизиции не свалишь.
— Вообще, у меня есть план. — предвкушающе улыбнулась я. — Понимаешь, Клодель Арчибальд их сегодня чуть не убил, узрев присланный мне букет. Хотя ребята и не виноваты, по сути. Если агенты уснут, то маршал точно их повесит, даже не взглянув на отчеты о лошадиной дозе снотворного, содержавшегося в крови несчастных.
— И что ты предлагаешь? — деловито вопросила Гвен.
— Умеешь ли ты изображать из себя стерву? — вопросила я в ответ.
— Ну кончено же! — воскликнув, улыбнулась Гвен. — Каждая уважающая себя женщина владеет этим искусством. Но что за план?
— Я хочу пробраться в апартаменты Калеба, — пожала я плечами, пытаясь создать как можно более непринужденный вид, чтобы не заслужить клеймо окончательной идиотки в глазах Гвен. Но переживала я зря: Гвен отреагировала крайне задумчивым, но понимающим взглядом.
— Будешь искать улики?
— Должно же быть что-нибудь, — отвела я руку в сторону, изображая жест «это же очевидно». — идеальных преступлений не бывает. В чем-нибудь преступник обязательно проколется: отпечатки пальцев, ДНК, некая мелочь, которой он не придал значения. Да даже выписка из банка, свидетельствующая об оплате букета.
— Хорошо, — кивнула девушка. — твоя позиция кристально ясна. Это отчаянная попытка защитить себя. А какая защита признается лучшей?
— Нападение, — хмыкнула я довольно, откидываясь на спинку стула.
— Я бы сказала: юридическая, но тут вопрос, ориентированный на личностные качества. — улыбнулась Гвен, опустошая четвертую по счету чашку чая. — Итак, каков твой план?
— Я хотела предложить привлечь Вейль, — продолжила я осторожно. — девушка, как я могу судить из недолгого знакомства, с огоньком. Ввязаться с такой в перепалку проще простого…
— Постой, ты что же это — удивленно округлила глаза Гвен. — предлагаешь разыграть нам скандал?
— Вам даже не нужно оскорблять друг друга, — поторопилась я объяснить идею. — покидайте друг в друга что-нибудь, не попадая, соберите вокруг толпу. Инквизиторы, как настоящие мужчины, отвлекутся на вас, а я быстренько проскользну и скроюсь в толпе конкурсанток. Понимаешь?
— Ни слова больше! — выставила вперед указательный палец Гвен, воодушевлённо сверкнув глазами. — Ты даже не представляешь, как редко мне выпадает шанс устроить скандал. Я же аристократка, и прочие бла-бла-бла. А душе-то криков хочется, посуду запускать в полет, на манер Кин-Конга бить себя по груди! Все, я согласна.
— Отлично! — воскликнула я, радостно всплеснув руками. — В таком случае, нужно обсудить предстоящий план с Вейль и…
— Вейль я беру на себя, — отмахнулась Гвен. — скажу ей, что ты таким способом пытаешься привлечь внимание инквизитора. Мол, все соберутся в холле, а ты в это время незаметно ввалишься в апартаменты Клоделя Арчибальда, надев сексуальное нижнее белье. Вейль согласится.
Я поперхнулась чаем, удивленно взглянув на довольную своей сообразительностью Гвен. Девушка же буквально светилась от счастья, откровенно игнорируя мой укоризненный взгляд. Правда, долго злиться у меня не получилось. Невозможно обижаться на кого-то, кто с таким рвением преступил к исполнению твоего плана.
Попрощавшись с Гвен и закрепив сделку крепким женский рукопожатием, я покинула гостеприимные апартаменты Гвен, прикинулась расстроенной и несчастной жертвой обстоятельств перед агентами и направилась на поиски дворецкого. Для чего? А кому как не Эварду знать расположение комнат Калеба и о незаконных методах проникновения на частную территории? Ко всему прочему, прохвост дворецкий точно меня не осудит. Напротив, любитель подглядывать и подслушивать может стать верным соратником в расследовании против продюсера шоу «Подбор».
Эвард отыскался за темно-синей портьерой, за которой с самым задумчивым видом оглядывал камеру видеонаблюдения. Таких малышек было нашпиговано по всей резиденции бесчисленное количество. Одни установили по требованию хозяина резиденции, другие привезли с собой операторы шоу «Подбор», чтобы снимать происходящее на проекте. По сути, доступ к камерам имел круг определенных лиц, и дворецкий никаким образом не относился к ним. Эварда, впрочем, это не остановило.
Я застукала его беспардонно скачивающим информацию с камеры. Мужчина стоял на небольшой табуреточке, подключив к камере через USB-провод свой сенсор. Последний, к слову, меня поразил. Это была тонкая, длинная пластина с металлической задней панелью. Скажете, а что тут такого? А дело как раз в том, что гравировка сенсора намекала на то, что данный вид техники относится точно не к гражданским приспособлениям. Хотя и без гравировки было очевидно, что больших размеров локатор, прикрепленный сбоку к сенсору, честному дворецкому не для звонков семье нужен.
— Этель! — шипяще выдохнул Эвард, за запястье втаскивая меня под портьеру и высунув голову, оглядывая пространство на предмет посторонних лиц. Но дворецкий, конечно, агентов не увидел.