- Предельно, - кивнул Тема, - только сдуру соваться в этот исторический памятник, наверное, не стоит. Мы ведь ничего о нем не знаем. Он может оказаться обитаемым...
Кир покрутил в голове мысль, и она ему настолько не понравилась, что парень попытался тут же от нее отделаться.
- Кто? - спросил он, тряхнув головой, - люди тут не живут. А животные... Ну, если тут имеется колония диких обезьян, не думаю, что они очень опасны. Разве что для желудка. Я слышал, что их мясо плохо переваривается.
- Вот и надо бы разведать.
- Сползать по-пластунски туда и обратно? - съязвил Кирилл, - и, по возможности взять "языка"?
- По-пластунски само собой, - кивнул Тема, - но сначала понаблюдать нужно.
- Сколько?
- Пока не знаю. Часа два - минимум. А лучше - до рассвета. Как раз с солнышком и пойдем.
- Не, - мотнул головой Кир, - до рассвета мы окочуримся на хрен. Я пить хочу.
- Я тоже, - сдержанно ответил Тема, - но мне, в отличие от некоторых, и жить пока не наскучило, - он попытался примирительно улыбнуться, - Кирюха, ночью прохладнее будет, утром роса выпадет. Потерпеть-то осталось чуть-чуть.
Кирилл немного помолчал. В глубине души он и сам понимал, что старожил прав. Но мысль о колодце, который наверняка имелся в этих развалинах, оказалась сильнее. Он почти зримо представил себе этот колодец - квадратное отверстие в каменных плитах, примерно полтора на полтора, окруженное небольшим порталом, глубиной метров шесть... почему-то так представилось. Оттуда веет прохладой. А в глубине темное, неподвижное зеркало воды отражает выступившие на ночном небосводе звезды.
- Ну, ладно. Давай... полчаса послушаем.
Артем вздохнул. Спорить не было никаких сил. Поэтому он промолчал, соглашаясь. И так, в молчании, протекли следующие тридцать минут. Воздух казался неподвижным, желанная прохлада так и не наступила. Прижавшись щекой к земле, Кирилл отчетливо услышал крота, роющего подземный ход прямо под ним. А больше ничего. Со стороны пирамиды не доносилось никаких звуков.
- Я пошел, - объявил он, как только тридцать минут истекли.
Солнце к тому времени уже село, и на небо вскарабкалась огромная, почти идеально круглая луна. Она осветила равнину и идти стало легче, но если Кирилл откровенно порадовался, то Тема почувствовал себя крайне неуютно. Почему-то возникли навязчивые ассоциации с тиром, в котором они с Киром не стрелки, а призовые мишени.
- Может все-таки по-пластунски? - вполголоса предложил он.
- Тебе самому-то не смешно? - Кирилл мотнул головой в сторону пирамиды, - гляди сам, нет ничего. Пусто!
Артем перевел взгляд туда, куда указывал подбородок Кира... и похолодел. Это была не метафора: ледяное копье словно пробило его от макушки до пяток.
- Кирюха, - хрипло спросил он. Голос отчего-то сел, и пришлось прокашляться, чтобы получились членораздельные звуки.
- Ты чего?
- Кирюха, а где она?
- Кто? - не понял тот.
- Гор... горгулья? Та скульптура на верхушке. Ее нет.
- Как нет?
Ответить Артем не успел. В спину ударило ветром и он мгновенно, не пытаясь ничего понять и осмыслить, упал в траву и распластался, прижимаясь к земле. Над ним, совсем низко, пронеслось нечто стремительное, огромное и, похоже, очень маневренное. Притормозив на одно мгновенье, это нечто немедленно ушло куда-то вбок, лишь воздушный поток взъерошил волосы.
Когда дикий, неконтролируемый страх слегка отпустил, Артем еще немного полежал, вжимаясь лицом в землю. Потом тихонько шевельнулся. Вроде ничего не произошло. Тогда он решился подать голос.
- Кир, - тихонько позвал он, - что это было, а?
Приятель не ответил.
- Ты там живой? - забеспокоился Тема, - дурака не валяй, подай голос. Скажи что-нибудь, можешь про меня и матом...
"Паленка" равнодушно молчала.
Тема привстал на локтях и осторожно огляделся.
Кирилла не было. Нигде, вообще.
И никаких следов, хоть как-то объясняющих происшествие, тоже не было. Словно приснился ему Кирилл, а эти двое суток Темка шел по саванне и разговаривал сам с собой.
- Мама, - тихо сказал взрослый дядька, у которого мамы никогда не было, потому что на свет он появился нетрадиционным способом. Это было глупо. Но никакие другие слова почему-то на ум не шли.