ГЛАВА 9.
Вся правда о героях.
Герои - это такие специальные ребята, которые не ведая страха и сомнений ищут приключения на свою филейную часть, притом, чем опаснее, тем им, героям, интереснее. А главное... Это, пожалуй, самое основное, без этого нет настоящего героя - за подвиг этот он не должен получить ни фига. Ну, кроме славы, понятно. Любое материальное вознаграждение, пусть даже смешные сто марок, как-то быстро и безнадежно обесценивает лавры. Либо ты - герой, либо ты просто везучий сукин сын, который срубил бабки рисковым способом.
Темка лежал в неглубокой яме, поросшей какой-то дрянью, похожей на колючку, но колючку не торчащую, а стелющуюся по земле. Впрочем, на
хватательно-цеплятельные свойства ее нетрадиционная ориентация ничуть не повлияла, и шипы были здорову-у-щие. Один впился Темке в шею, чуть пониже уха, а другой, проколов штаны, воткнулся в ягодицу.
Подниматься Артем пока не рисковал, напряженно размышляя, что же теперь делать. Шевелить извилинами вполне можно было и лежа, и хрен с ними, с шипами: голова дороже, а задница - потерпит...
По всем канонам приключенческого жанра бесстрашному герою полагалось, не теряя ни секунды, ринуться спасать друга. Проблема была в том, что Артем пока не решил, чего он хочет: стать героем, или, тупо, остаться в живых.
...Рассуждения о подлости и совести отбросим, как несущественные. Если человек тонет, а ты умеешь плавать - не нырнуть вслед за ним - трусость. Но если ты плавать не умеешь, бросаться спасать утопающих - махровая глупость, которая может стоить жизни тебе, твоему утопающему, которого не успеют спасти, вытаскивая тебя, и, до кучи, спасателю, если тот попытается вытащить обоих и, банально, не рассчитает силы.
Тема понятия не имел, что за тварь утащила Кирилла, и попытка идти за ней и пытаться ловить голыми руками... да хоть бы и в варежках, ощутимо отдавала той самой глупостью, которую считают героизмом только глупцы.
Ну а чем, обращаясь к логике, было лежание в яме с шипом в заднице, без воды и с неясными перспективами на ближайшие час-два?
- Воды - то все равно нет, - тоскливо размышлял Тема, - а без нее я по любому покойник, не к утру, так к вечеру. И никаких горгулий не понадобиться.
Некоторое время Артем крутил в голове вариант по-тихому отползти назад, за паленку... львы-то, наверное, уже пообедали кем-нибудь другим и сейчас у них сиеста. Дрыхнут где-нибудь в тенечке. И будь во фляге хотя бы стакан воды, Темка, наверное, так бы и сделал. Но старожил Заповедника отчетливо понимал, что на одной силе духа до дома он не доберется. Да и дома... Что там? Припомнив табун коз, перепахавших равнину у него на глазах, Темка затосковал еще больше. Понятно, что и дома воды не осталось, и не факт, что остался сам дом. Лаборатория казенная, под роспись даденная... За которую теперь платить всю жизнь. И хорошо если жизнь эта будет долгая, а то ведь и не расплатится. Не успеет.
- Сходили, блин, на охоту... Останусь в живых - сделаюсь вегетарианцем, - опрометчиво поклялся Тема и перевернулся со спины на живот. Многострадальная задница облегченно воздохнула. Вернее, выдохнула.
По всему выходило, что становиться ему героем ни за хрен собачий, и путь его, краткий, но верный, лежал в сторону закатившегося солнышка. Туда, где торчала эта трижды траханая пирамида, по словам Кира, ни одного разу не египетская.
Приняв решение, Темка уже не колебался, а, закинув за спину мешок пропавшего товарища и, привязав его поплотнее, резво пополз к темному строению почти по-пластунски. Ну, где-то близко к тому.
Уже метров через десять парень здорово усомнился в том, что выбрал правильный способ передвижения. Во-первых, он оказался уж слишком затратный: ни сил, ни одежды не напасешься. Во-вторых, отнимал много времени, в-третьих, здорово снижал обзор... А, главное, у Артема нашлись конкуренты. Когда из куста чертополоха выползла потревоженная его сопением бурая песчаная гадюка, Тема забил на конспирацию, и поднялся в полный рост.
И с удивлением обнаружил, что за все это время почти не продвинулся. Пирамида все еще торчала немыслимо далеко, на половину (нижнюю) полностью сливаясь с ночью. Верхняя половина четко вырисовывалась на фоне огромного лунного диска, но казалась плоской, словно вырезанной ножницами из листа черной бумаги. Расстояние на плоской равнине скрадывалось, и этот простенький оптический фокус сыграл с парнем злую шутку. Сколько же до нее пилить?
Засмотревшись на пирамиду, а больше, по сторонам, парень как-то упустил из виду еще одно направление - землю. А она внезапно пропала из-под ног, и Артем с воплем полетел вниз, в непроглядную темноту то ли дыры, то ли норы, то ли того самого колодца...