Фабрика одежды — это отдельная страница моей жизни в Баренцбурге. Ещё в 1992 году к нам пришёл на своём судне норвежец Коре Карлстад. Интереснейший человек, сделавший свой бизнес на отношениях с русскими. Сначала он занимался деревом. Привозил из России лес, из которого делали деревянные полеты, то есть поддоны для различных грузов. С развалом Советского Союза открылись новые возможности для сотрудничества, которыми не преминул воспользоваться и Коре. Баренцбург для этого показался очень удобным, так как здесь требовалось гораздо меньше формальностей для совместной работы. Вот он и прибыл с предложением организации фабрики пошива детской одежды по заказам и выкройкам норвежских фирм с целью продажи готовой продукции в Норвегии.
Идея долго обсуждалась, но пришлась по вкусу руководству рудника по нескольким причинам. Во-первых, Коре был умелым переговорщиком и знал, как можно заинтересовать собеседника: он никогда не приезжал без подарков и выгодных предложений. Во-вторых, фабрику он предлагал оборудовать техникой, купленной за его деньги. Стало быть, фабрика была его собственностью, и только швеи должны были быть из России или Украины, что ему было совершенно неважно. Он готов был оплачивать работу. Цена изготовления каждого изделия должна была определяться договорами. Переговоры о ценах Коре вёл с директором лично с помощью своего переводчика, точнее, переводчицы.
За время нашего знакомства Коре сменил несколько переводчиц. Три из четырёх были молодыми русскими девушкам, лет на тридцать моложе самого хозяина. Одна сумела его заставить на себе жениться, а потом развелась, отказавшись от норвежского подданства, но получив от Коре весьма существенную финансовую поддержку. Как человек, Коре весьма интересный. Высокого роста, сухощавый, неторопливый, но очень деловой. Прекрасно разбирается в вопросах бизнеса. Но сейчас я о другом.
Коре открыл фабрику, первым и бессменным руководителем которой стала Валентина Крейдун. Прекрасная портниха, замечательная администратор и чудный человек, Валентина, к сожалению, не знала никакого иностранного языка, поэтому, несмотря на то, что у Коре была переводчица, всё же многое приходилось переводить мне, как письменно, так и устно. Кроме того, мне же довелось заниматься всеми поставками материалов на фабрику и готовых изделий в Норвегию. Иными словами к моим обязанностям сначала просто переводчика, а потом уполномоченного треста добавились обязанности снабженца и в какой-то степени менеджера фабрики.
Начав с нуля, фабрика довела производство изделий до суммы пол миллиона норвежских крон в год. Это то, что платили фабрике за изделия. Продажная стоимость их была на несколько порядков выше. Стало быть, работа наших швей была чрезвычайно выгодным предприятием для Коре, что и позволило ему в скором времени продать свой домик в приморском городе Тромсё и перебраться в столицу Осло, где купить шикарную усадьбу почти в центре города.
Отношения у нас с Коре сложились настолько хорошими, что, останавливаясь в Осло по пути в Москву, однажды мне даже довелось ночевать в его доме. Тогда я и увидел впервые весьма любопытный норвежский дом, в котором одна комната была обустроена в русском стиле, чтобы угодить молодой жене русского происхождения, что, впрочем, не удержало её от желания возвратиться в Россию. На одной стене висела большая картина, кажется, Верещагина, по словам Коре, подлинник. В цокольном этаже были апартаменты взрослого уже сына, которому отец собирался передать свой бизнес в будущем. На первом этаже, помимо жилых комнат, просторная хорошо оборудованная современная кухня, позволявшая холостому опять человеку легко и быстро готовить себе и гостям обед из полуфабрикатов и мыть посуду в моечной машине. Меня он в тот раз поместил на втором этаже в спальне с отдельной ванной комнатой и выходом на балкон.
Дом окружён неплохим садом с зелёной лужайкой. В этом саду мы как-то собрались на мясо с рисом, готовившимся в специальном большом котле, стоящем для этих целей с тыльной стороны дома, то есть в хозяйственном блоке. А обедали в аллейке, сидя в удобных креслах. Всё устроено весьма комфортно, и удивляло меня только то, как можно было принимать гостей, готовить пищу на всех без помощи женщин или каких-то слуг. Может быть, помощники были, но мы никого не видели.
Это был приём по случаю нашего с Валентиной приезда в Осло на переговоры с норвежскими заказчиками детской одежды, которую шили у нас на фабрике. Переговоры в основном были по вопросу моделей одежды. Мы посетили заодно и крупную выставку различных фирм, напоминающую нашу московскую выставку ВДНХ в миниатюре. Попутно нас возили по городу, побывали мы на загородном пляже, посмотрели всё, что можно было успеть за несколько дней командировки, оплаченной Коре по согласованию с фирмами потребителями нашей продукции.