Сама Лариса играла в бадминтон и волейбол. Тут, кажется, наши женщины и побеждали норвежцев. Моё же дело было переводить переговоры и изредка стоять рядом с судьёй, дублируя счёт соревнований. Самому участвовать в чём-то не приходилось по причине занятости. Ну, играл бы я в шахматы или настольный теннис, где мог бы проявить себя, а кто бы в это время беспокоился об остальных видах, о готовности товарищеского ужина, грамот, призов и прочего? Нет, мне отвлекаться было нельзя, как и Ларисе, с которой мы всегда работали рука об руку. Потому и обнимались мы радостно при встрече.
После обеда Михайлов рассказывал всем нашим о том, как меня встречали женщины в Баренцбурге. Естественно при этом он утрировал, так что получалось, будто почти каждая встречная женщина кидалась мне на шею. Я его не прерывал, понимая юмор.
Сегодня решили вопрос с телефонными звонками на материк. А то странно как-то получалось. Когда мы собирались ехать сюда, я хотел взять с собой мобильный телефон, чтобы не испытывать трудностей со связью.
Старков отсоветовал брать, сказав, что в нашем доме, где будем жить уже установлен телефон, с которого можно будет звонить в любое время, куда хочешь.
Приехали. Ищу этот телефон. Он, оказывается, есть на втором этаже в каморке, на которой висит замок. Ключ у Александра Николаевича. А он, как выяснилось, не настоящий завхоз, а только исполняющий обязанности в качестве подработки, тогда как настоящая его должность — начальник ЗГМО, то есть заполярной гидрометеорологической обсерватории, а потому и живёт он в своём доме, что напротив нашего. Вот и пришлось мне в первый же день искать его в их доме, точнее не в лабораторном корпусе, где его кабинет, а в жилом, где его квартира. Дал он мне ключ от замка и попросил его никому больше не давать, а завтра возвратить. Такой вариант звонков мне очень не понравился, о чём я не преминул сказать Старкову. Ведь получалось так, что мне делали одолжение, давая ключ. А зачем? Я хочу, чтобы всё было официально, как положено. Непонятно, для чего же установлен телефон в здании, если с него звонить можно лишь с чьего-то согласия, а не тогда, когда это нужно?
Старков не доволен, что я как бы жалуюсь на неудобства. Напоминает, что это полевая командировка и нужно терпимо относится к неудобствам. Я возразил, говоря, что в наш век развития техники смешно создавать специально трудности, которые не нужны и которых легко избежать. Ещё в прошлом году я занимался вопросом связи в Баренцбурге, и тогда мой норвежский друг Ян Эгиль, занимающийся телекоммуникациями, в Лонгиербюене предлагал организовать телефонную станцию в Баренцбурге, которая позволила бы установить сколько угодно телефонных аппаратов прямой спутниковой связи с Россией. Тогда я предложил эту услугу тресту «Арктикуголь», на что получил вежливый отказ с пояснением, что аналогичную систему на пятьдесят номеров уже устанавливает российская компания. И что же? Систему установили.
В Баренцбурге есть несколько телефонов прямой связи с Москвой. Туда можно совершенно бесплатно звонить из Москвы, поскольку это московские номера телефонов. Чрезвычайно удобно.
Ещё в прошлом году я говорил Старкову, что хорошо было бы установить такой аппарат в нашем доме в комнате хотя бы в комнате начальника археологической экспедиции. Но это сделали иначе. Телефон поставили в каморку на втором этаже, которую запирают на ключ. Но этот телефон подключен к линии через коммутатор телефонной станции Баренцбурга, и трест берёт деньги за каждый звонок с этого телефона по тринадцать рублей в минуту. Более того, как пояснили на переговорном пункте, если кто-то из Москвы, например, или из другого города позвонит на этот телефон, скажем, мне, то, хотя звонок сделан не мною, а ко мне, всё равно с меня будут высчитывать по тринадцать рублей в минуту. Такого я вообще нигде не видел, кроме мобильной связи. Но и там уже стараются делать входящие звонки бесплатно. А здесь ведь не мобильная связь, почему же мы должны оплачивать даже входящие звонки?
Меня это решение вопроса связи очень возмущает. А главное неудобство в том, что даже при такой системе телефоном нельзя воспользоваться, когда хочешь, хотя телефон есть под боком. Ну, в первый день я позвонил домой, но Юля была на даче. Попытался позвонить на её мобильный телефон, и никак мне это не удавалось, поскольку у неё телефон был отключен. Тогда позвонил своей племяннице Маше на работу, попросил её съездить на дачу и проверить, как там дела. Она выполнила моё задание, приехав на дачу со своим другом Эдиком, убедились, что всё в порядке и заодно включили у Юли телефон, поскольку сама она не умеет обращаться с техникой, не зная на какую кнопку нажать, и я смог, наконец, до неё дозвониться. Между тем каждый мой неудачный звонок на мобильный телефон, когда оператор отвечала, что телефон отключен, обходился мне в стоимость минуты разговора, которого фактически не было. Вот такие удобства в кавычках.