Когда последний удар поразил его, Мират рухнул на землю, его кошель с золотыми монетами выскользнул из рук и покатился по грязной улице. Его глаза медленно закрывались, и в темноте, которая поглощала его, он понял, что уже не сможет вернуть всё то, что потерял.
Глава 4
Стефанида сидела за массивным столом в своём кабинете, окружённом книгами и магическими артефактами, которые когда-то приносили ей радость. Её красные волосы, теперь тусклые и слегка растрёпанные, были собраны в беспорядочный пучок. Она устало оперлась локтями на стол, закрывая глаза от усталости. В её взгляде был холод, который не мог скрыть ни её яркая внешность, ни её магический статус. Женщина, чьи способности были не просто велики, а по-настоящему чудовищно мощные, сидела в этой академии, где её таланты были сведены к обыденной рутине, а амбиции топтались в грязи.
Её лицо, с острыми чертами и гордой осанкой, когда-то могло бы быть лицом властной правительницы. Но теперь оно выражало нечто большее — глубокое разочарование. Стефанида чувствовала, как её огненная энергия постепенно угасает, с каждым годом теряя свою силу. Академия, с её бесконечными спорами, мелкими интригами и бюрократическими играми, была для неё лишь клеткой, в которую её поместили после того, как она спасла королевство.
Тридцать лет назад, в момент величайшей славы, Стефанида спасала королевство от разрушения, победив чудовищного дракона, что угрожал всей земле. Тогда её магия была столь мощной, что даже самый отважный король не осмелился бы поставить её под сомнение. Но вместо того, чтобы стать героем на троне, она была заключена в магические оковы — невидимые, но ощутимые. Эти оковы сковали её свободу, лишив возможности изменить судьбу королевства. Стефанида не могла стать правительницей, как ей того хотелось. Она не могла взять власть в свои руки, потому что её магия была слишком велика, и король, трусливый и слабый, боялся, что она может свергнуть его с трона.
А теперь она была вынуждена изображать из себя успешного мага, чьи достижения никого не волновали. Академия, где она возглавляла обучение будущих волшебников, была лишь подачкой для неё — испытанием на терпимость и сдержанность. Это было место, где она могла проявить свои силы, но не в том масштабе, который был ей по-настоящему нужен. Она была как тигр в клетке — сильная, опасная, но ограниченная стенами.
Каждый день она встречалась с молодыми и амбициозными учениками, которые искренне верили, что они станут великими магами, но они не знали, что за её плечами стоит более тяжёлая история. История, в которой её не признали, не позволили стать тем, кем она могла бы быть. И Стефанида не могла ничего изменить.
Она вздохнула и подняла взгляд, встречаясь с отражением в зеркале на стене. Её глаза, когда-то пылавшие огнём, теперь были тусклыми, скрытыми за слоем усталости и разочарования. В её душе больше не было того же пламени, что когда-то заставляло её сражаться, спасать мир и идти на риск. Вместо этого оставалась только холодная пустота, которую она пыталась скрыть за ролью главы Академии.
Стефанида поднялась, её руки слегка дрожали от напряжения. Она прошла по комнате, поглаживая пальцами древние книги, которые уже давно не приносили ей ни радости, ни вдохновения. Она была не просто волшебницей, а женщиной, которая спасала мир, но оказалась в клетке, построенной её же собственным величием.
"Может быть, я могла бы что-то изменить, если бы не эти оковы", — подумала она, стоя у окна и глядя на огни Академии, которые горели в ночи. "Но теперь мне остаётся только следить за тем, как другие будут делать то, что я когда-то могла бы сделать лучше."
Её взгляд стал жёстким, а губы сжались в тонкую линию. В этой Академии она была не просто главой. Она была заключённой, которая каждое утро надевает маску успешного мага, чтобы выжить.
Секретарь Стефаниды, сгорбленный карлик с крючковатым носом, вошел в её кабинет с отчётом в руках. Его маленькие, тусклые глаза блестели от напряжения, а его шаги, несмотря на явную физическую слабость, были быстрыми и уверенными. Он с трудом держал в руках большой свиток, который был запечатан красной сургучной печатью. Это был официальный отчёт городской полиции.
— Глава Академии, — его голос был тихим, но резким, как всегда. — Документ от городской стражи. Убийство одного из работников Академии.