— Неплохо кормят, — заметила Лиза, накладывая себе на тарелку салат и кусок фазана.
— Это невероятно, — пробормотала Маша, осторожно беря себе немного рыбы и кусочек пирога.
Вокруг столов стоял гул разговоров, смеха и стука посуды. Первокурсники оживленно обсуждали впечатления от первого дня, делились планами и мечтами.
Маша почувствовала себя немного спокойнее. Несмотря на величие Академии и непривычную обстановку, этот ужин напомнил ей о доме, где всегда находилось место для доброты и тепла.
В комнате царила уютная тишина. Лиза, облаченная в темно-зеленую теплую пижаму, укладывалась на свою кровать. Она вытянула из кармана пару затычек для ушей и протянула их Маше, которая уже готовилась лечь в простой ночной рубашке.
— На, держи. Иногда ночами храплю. Пригодится, — сказала Лиза с легкой усмешкой.
Маша приняла затычки с благодарностью, хотя и не была уверена, что они понадобятся.
Ночь наступила быстро. В комнате было тихо, лишь изредка слышались звуки снаружи: шорох ветра или далекий крик ночной птицы.
Но внезапно Маша проснулась. Ее разбудило странное мурчание, доносящееся от окна. Она прислушалась. Это точно был не храп.
— Лиза, проснись, — прошептала Маша, слегка тронув соседку за плечо.
Ведьма с трудом приоткрыла глаза, зевая.
— Что стряслось? Я же предупреждала, — пробормотала она, поворачиваясь на другой бок.
— Это не храп, — прошептала Маша. — Мне кажется, у нас гость.
Лиза приподнялась, недовольно потирая глаза.
— Гость? — повторила она, оглядываясь.
Маша кивнула в сторону окна. Лиза посмотрела туда и застыла.
На столе у окна сидел кот. Пушистый, с довольной мордой, его шерсть серебрилась в лунном свете. Но больше всего поражало его внушительное величие — сидя, он был ростом почти с девушку. Кот довольно мурчал, будто ему здесь было самое место.
— Ну и дела, — пробормотала Лиза, внимательно разглядывая незваного гостя.
Кот лениво посмотрел на них, будто оценивая, стоит ли ему реагировать.
— Наверное, местный, — наконец заключила Лиза, задумчиво почесав подбородок. — Но мне не подходит. Он серый, а ведьмам положен только черный.
Маша посмотрела на кота. Он снова замурчал, словно подтверждая, что никуда уходить не собирается.
— Раз он пришел, — сказала она, — значит, это что-то значит. Я оставлю его себе.
Лиза усмехнулась и снова легла.
— Как знаешь. Только предупреждаю: если он начнет храпеть, я возвращу тебе затычки.
Маша тихо рассмеялась и подошла к коту.
— Ну что, друг, — сказала она, осторожно протягивая руку. — Добро пожаловать.
Кот потянулся, легонько ткнулся носом в ее ладонь и продолжил “тарахтеть”, как будто делал это долгие годы.
Глава 2
На просторной поляне перед величественным зданием Академии царит утренний хаос. Девушки в лёгких платьях, кутаясь в шали и обхватывая себя руками, бросают друг на друга недовольные взгляды. Их волосы слегка растрёпаны, а на щеках видны следы сна.
— Почему именно на улице? Разве в зале нельзя? — тихо бурчит одна из них, поправляя платье, которое ветер то и дело пытается задрать.
Молодые люди, напротив, выглядят бодрыми. Их белоснежные блузы безупречно выглажены, а модные штаны для конной езды сидят так идеально, что кажется, будто их владельцы вышли из модного журнала. Они, смеясь и подбадривая друг друга, выполняют разминку, явно наслаждаясь вниманием девушек.
Маша и Лиза стоят в самом хвосте группы. Лиза лениво тянет руку вверх, больше изображая движение, чем вкладывая в него усилия. Маша вовсе сложила руки на груди, бросая в сторону тренера недовольные взгляды.
— Это издевательство какое-то, — тихо шепчет она, едва слышно.
Лиза хмыкает, прикрывая рот рукой, чтобы скрыть улыбку.
Тренер, пожилой маг с громким голосом и слегка раздражённым видом, размахивает свистком, пытаясь навести порядок.
— Эй! Не филонить! Все движения — чётко и с усилием!
Но его слова утопают в общем гуле.
И тут всё стихает. На поляну выходит Серж Солсберийский.
Его длинные золотистые волосы сверкают в солнечных лучах, будто магическим образом отполированные. Ветер треплет их едва заметно, как будто боится испортить. Широкие плечи и мускулистые руки подчёркнуты идеально сидящей белой рубашкой, а лёгкая полуулыбка на лице добавляет ему ещё больше обаяния.