Продажа квартиры заняла всего месяц, и Ева, оформив китайскую визу, в первую очередь решила рвануть на «Крышу мира», а уж потом…
***
Так уж получилось, что она застряла в Китае на целых два года.
Изучая предложения туроператоров в сети, она наткнулась на группу приверженцев гимнастики с экзотическим названием Цигун. Группа собиралась совершить паломничество в один из монастырей Тибета, для получения мастер-класса от какого-то продвинутого сэнсэя. Ева, прикинувшись поклонником неизвестной гимнастики, попросилась стать участником группы. Идейного вдохновителя группы интересовал не столько стаж и практические навыки владения гимнастикой, потенциального члена группы, сколько её согласие оплачивать членские взносы и все расходы по поездке и получению визы, которые были прикреплены отдельной сметой к ответному письму. Безоговорочное согласие устроило руководителя (ещё бы, ведь не каждый смертный осилит сумму в полмиллиона рублей), и он торжественно сообщил, что Ева принята в группу и должна в кратчайшие сроки выслать ему документы для оформления визы.
В день отъезда группа из двадцати человек, собралась в аэропорту Новосибирска, чтобы вылететь в Китайский город Урумчи. Оказывается, что все увиделись вживую в первый раз и знакомились прямо здесь возле стойки паспортного контроля. Еве не пришлись по душе крепкие обнимашки и поцелуи чужих людей, но она, скрипя зубами, натягивала на лицо неестественную улыбку и делала вид, что «тоже очень рада!».
Большую часть группы составляли женщины. Это были одиночки с доставшимся от бывшего мужа капиталом в виде раздела имущества или алиментов, либо наследницы богатых родителей. Пятеро мужчин были теми типажами, в сторону которых Ева никогда бы не взглянула в обычной жизни. Это были молодые, или молодящиеся мажорчики-авантюристы, с длинными патлами, поповскими бородками и кольцами в бровях и ноздрях. Руководитель группы по имени Женя, имевший всё такой же поповский вид, произнёс пламенную речь, в которой сообщил, что теперь они оказывается братья и сестры, и ближайшие три месяца будут делить пищу и кров. Ева с намертво приклеенной улыбкой теребила в руках лямки рюкзака и думала, что готова на всё, даже обзавестись такими вот «братьями и систрами», лишь бы выбраться отсюда и залезть подальше в горы.
Китай, в первый раз явившийся в обличии уйгурского города Урумчи, Еве не понравился. Здесь было грязно и тесно, как на Черкизовском рынке. В аэропорту, после прохождения паспортного контроля, путешественников встретил замызганный автобус, который доставил их на вокзал. Вот уж где было не продохнуть от снующего народа. А когда они оказались в вагоне с сидячими местами, в котором людей было набито столько же сколько в Московской маршрутке в час пик, Еве захотелось домой. Вечно улыбающийся (как впрочем и все кроме Евы участники группы) Женя сказал, что это и есть настоящие приключения, которые начинаются прямо здесь. Наверное, настоящим приключением для него было сгрести в карман, значительную сумму сэкономленную таким образом на трансфере. Но отрешённым от всего мирского участникам группы было плевать на финансы и здесь в душном вагоне поезда они предавались бесконечным медитациям. Ева, которая ещё не приобрела навык выпадения из реальности, вынуждена была смотреть, в окно, как поезд медленно тащится в горы и считать минуты и пройденные тоннели.
Поездка всё-таки закончилась и они, слегка помятые, но одухотворённые оказались на маленькой станции в горах. Здесь группу подобрал ржавый микроавтобус, который повёз их по серпантину к заснеженным вершинам. Если бы Еве сказали, что это и есть дорога в рай, она бы ни за что не поверила. Судя по тому, как автобус без разбора нырял в ямы, нёсся по кочкам и вилял, в задачу миниатюрного китайца, голова которого только-только возвышалась над баранкой, видимо, входило вытрясти остатки жизненных сил из приезжих. Но всё же, этот разухабистый серпантин вёл её в те места из которых она не захочет уезжать.
Уже с первых занятий гимнастикой, которые в небольшом монастыре преподавал седобородый старец по имени У Чжи, она стала ощущать нечто новое. Она поняла, что эти разговоры про места силы рождаются не на пустом месте. Здесь и сейчас она получала новые, до этого неизведанные ощущения.
Первая практика, которой учил У Чжи называлась «Большое дерево». Она была до безобразия проста, и, поначалу, Еве показалось, что она ехала за пять тысяч вёрст уж точно не за этим. Нужно было просто стоять, расставив согнутые ноги на ширине плеч , вытягивая вперёд обе руки, словно обхватываешь большой шар. Нужно было просто стоять и дышать – дышать спокойно, сосредоточившись только на этом своём дыхании.