Закрыв глаза и встав в стойку «дерева» в первый раз, она уже через минуту почувствовала накрывающую с головой волну эйфории. На неё водопадом обрушивались потоки неизвестной субстанции, которая разливалась по всему телу приятной негой. Приятные, ни с чем не сравнимые ощущения свободы, лёгкости и парения усиливались от занятия к занятию, и их росту, казалось, нет предела. Она стояла в позе дерева часами, утром, днём и вечером. Теперь её улыбка стала неподдельной, такой же, как в детстве. Это было так же приятно, как парить в облаках. Эти ощущения были сродни сексу, но гораздо сильнее, так как здесь ничего не зависело от наличия, умений и физической притягательности партнёра. Этот партнёр был непревзойдённым , он в считанные секунды доставлял её на пик экстаза, который был сродни длительному и мощному оргазму.
Первая практика стала для Евы последней. Больше ей ничего не было нужно ни от Цигуна ни от У Чжи, ни от Будды, ни тем более от Жени и его команды. Она жила своей жизнью, отдельно от группы, вместе с которой лишь принимала скудную пищу и ложилась спать. Просыпаясь раньше всех, она выходила во двор монастыря, вставала лицом к ещё синему от сумерек хребту ближайшей горы, закрывала глаза и парила, оставляя под собой тонущие в ватных облаках горы. Она спускалась на землю когда верхушка горы уже вовсю освещалась солнцем и её одногруппники , потягиваясь и зевая, выходили во двор. Отход ко сну был примерно таким же. Она закрывала глаза, когда вершина горы была красной от заходящего солнца и открывала их, когда гора уже приобретала чёрный цвет.
Братья и систры, озабоченные тем, что их сестра застряла на самой первой ступени практики, несколько раз пытались ей об этом намекнуть. Она посылала их подальше настолько вежливо, насколько в принципе могла это делать.
Как ни странно, но У Чжи ни разу не сделал ей замечания за то, что она отлынивает от множества интересных занятий и практик, предпочитая им «Большое дерево». Похоже, старик понимал, что эта рыжая одна из тех немногих, которые находятся на пути, пусть даже и стоят в самом его начале. Эта основная масса пройдёт все этапы, освоит все практики и пойдёт дальше, искать новых ощущений. Им важно не качество. За те деньги, которые они платят им нужно количество – они хотят всего и побольше.
По окончании трёх месяцев, когда освоившая практики группа покидала монастырь, Ева, не смотря на уговоры Жени, решила остаться. Пользуясь языком жестов, она объяснила У Чжи, что хочет продолжать свои практики здесь, на что невозмутимый старец выразил своё одобрение. В первом же месте она нашла всё, что ей было нужно и теперь не было смысла двигаться куда-то дальше. Ей нужна была только эта звенящая тишина и уединение, которую (кстати, за совсем небольшую плату) гарантировал настоятель монастыря.
***
Два года она плавала в облаках, любовалась звёздами в огромной вселенной, находящейся в глубине закрытых глаз и грелась солнышком, расположенном где то там, в районе пупка. Лишь иногда ей приходилось спускаться на землю, чтобы выехать в Новосибирск для продления визы. Это было так же, как выйдя из горячей ванны очутиться на промозглой заснеженной улице. Она, считала секунды, когда сможет снова окунуться в эту горячую пену.
Получилось так, что Ева стала своеобразной визитной карточкой монастыря, этакой рыжеволосой русской монахиней, исповедующей «Большое дерево», информация о которой вмиг разбежалась по рядам паломников. Монастырь стало посещать гораздо больше людей, особенно из стран бывшего СНГ. К ней лезли с расспросами, фотографировали, некоторые даже пытались набиться в друзья и ученики. Но она коротко давала понять всем им, что не нуждается в друзьях и учить никого не будет. Если хотят пусть берут, и встают в «дерево», чему тут учить. Но такая простота никому не была нужна. В неё просто не верили. Наверное, Еву считали чуть сдвинутой и смотрели на неё как на обезьяну в контактном зоопарке. А ей и не нужно было ничьё понимание. Она не собиралась возвращаться на землю со своей планеты. На её планете не было людей, а она в них не нуждалась. Зачем скучать по тем, кто тебя никогда не поймёт. Так было ровно до того момента, пока не появилась Амина.
8
Маленькая азиатка в чёрной бейсболке, бесцеремонно прервавшая утреннюю медитацию, совсем не походила на послушницу. Ева смотрела на прорисовывающийся сквозь розовые круги мальчишеский силуэт в спортивном костюме и поначалу не понимала, что хочет от неё этот человек.
–….вот привела очередную группу, а заодно решила познакомиться с русской монахиней. Ты наверное ещё не знаешь, что у тебя в этих местах есть прозвище?