– Просто удобный случай. Он будет определять, кто станет следующим!
14
Офис, неделю пробывший без руководства, только сейчас начал приходить в себя от потрясения. Алексей в очередной раз убедился, что фирма не протянет без него и месяца. Мамочка наконец-то нашла своего ребёнка, который растерянно стоит и плачет на том же месте, где его случайно оставили. Малыш размазывает сопли по щекам, а под ногами образовалась большая лужа. Телефон, пробывший в отключке каких-то пять дней, чуть не лопнул от наплыва пропущенных звонков. Их было аж восемьсот пятьдесят. Электронная почта доверху забита письмами, скайп и ватсап повисли не выдержав волны сообщений. Уже с утра понедельника в приёмной образовалась огромная очередь ходоков и просителей, проблемы которых не решались, а прирастали как снежный ком все эти пять долгих дней.
После бурно проведённых выходных, Алексей далеко не на пике формы и совсем не готов принять на себя шквал проблем. А что делать, ведь решать все эти проблемы придётся ему одному. Надо выбирать, или воспитывать малыша, или подтирать ему жопу до совершеннолетия, но тогда и ждать от этого малыша нечего.
У него не было такого отрыва с момента образования «Олимпа». Он никогда не выключался из рабочего процесса. Будучи в отпуске, на пьянке, или очередных блядках он не выпускал из рук поводка, словно чувствовал, как сложно будет снова взять его в свои руки.
Сейчас всё как в первый раз, всё с самого начала. Он долго тупит, выясняя у очередного просителя, что тому надо, долго не может найти необходимые материалы, не может вспомнить условий, цифр, событий, договорённостей. Сейчас он не может решить с ходу ни одной задачи, так как это было раньше.
– Хорошо, Алина, я разберусь…зайди в пять;
– Дима, я тебе сейчас не могу ничего ответить, принеси мне все договора с ними, я ещё раз посмотрю. Ну и что что уже решено…когда это было? Ну вот видишь, принеси мне, я хочу вспомнить;
– Ваня, зайди ко мне завтра с утра. Мы с тобой вплотную займёмся бюджетом строительства;
– Степан Фёдорович, извините, сегодня не могу говорить. Когда? Не раньше чем в пятницу. Что? Да, болел. До сих пор ещё нездоровится. Спасибо. До связи.»
Всё сдвигается на потом. Проблемы остаются, копятся, трамбуются в толстый ежедневник. Да и чёрт с ними, с проблемами. Сейчас его интересует, где она пропадала все выходные.
***
Она сбежала от него ещё в Москве в Шереметьево, сказав, что нужно срочно навестить какую-то тётку из Киева. Он порывался ехать с ней, но Ева уговорила его возвращаться к жене, которая наверняка ищет верного мужа с собаками. Он её послушал и уже через несколько часов пожалел об этом. С женой даже скандалить не хотелось, он просто не хотел её видеть. Очутившись дома, тут же стал набирать Еве, но телефон оказался недоступен. Тут всё и началось. Начался этот бесконечный марафон безответных звонков. Он звонил сначала каждый час, потом каждые полчаса, в конце концов, интервал звонков уменьшился до пятнадцати минут.
«Абонент временно недоступен». – он ненавидел этот голос, представлял, как собственноручно душит жирную грымзу, которая, произносит эту фразу, которую каждый раз заканчивает обнадёживающе: «Пожалуйста позвоните попозже!». Что он и делал двое суток, каждые пятнадцать минут. Если бы она только взяла трубку, если бы только сказала, где сейчас находится, он готов был сорваться и ехать к ней, найти, схватить в охапку и больше никогда не отпускать.
Жена, тяжело вздыхая, смотрела на сходящего с ума, спивающегося на глазах, без конца куда то названивающего человека, который ещё неделю назад был вполне адекватным мужем.
Он так и не дозвонился.
***
С утра она сидела на своём месте в приёмной, как ни в чём не бывало. Нет, его не накрыла вспышка ярости при виде рыжей негодницы, которая выглядела как новая кукла, в бежевом брючном костюме, белоснежной блузке, забранными в лисий хвостик волосами и свежим ничуть не помятым личиком. Всё что он почувствовал в момент, когда увидел рыжий хвостик проколотый деревянными шпильками, это облегчение и прилив нежности. Так бывает, когда находишь что-то очень дорогое, то, что уже отчаялся найти.
– Здравствуйте! – он попытался вложить в свой голос как можно больше холода. Судя по её лучистой улыбке, у него это не получилось.
– Здравствуйте, Алексей Фёдорович! Вам чаю с утра?
Он прошёл в кабинет, так и оставив её вопрос без ответа.
Он понимает, что негоже взрослому мужику дуться как ребёнку. Взрослый сорокапятилетний мужик должен выражать свои мысли напрямую. В последнее время у него с этим не было проблем, но всё перевернулось вверх тормашками с её появлением. Она сбила его программу, которая работала без сбоев много лет. Она его обнулила и теперь он снова как тот пацан. Как тот неуверенный очкарик, поступивший на первый курс Омского «Индуса».