- Что это такое?
- Дед. Костылем в потолок стучит, - пояснил Джозеф и нехотя убрал руки. Она тут же отошла к двери к лестнице, свесилась через перила и вопросила:
- Дед?
- Обедать идите! - откликнулся дед, что-то роняя на кухне.
- Пошли обедать, - обернулась она к нему и первая стала спускаться. Он плелся сзади, рассматривал узкую спину в белой блузке и мрачно вспоминал, какая она на ощупь. По всему выходило - то ли бархатная, то ли шелковая, то ли еще какая. Но хотелось проверить и уточнить. Усмехнувшись собственным мыслям, он только головой покачал.
- После обеда разберемся с твоим оружием.
- Вот к моему оружию ты близко не подойдешь, - тут же вспылил он. Спайра смерила его удивленным взглядом из-за плеча, фыркнула и поинтересовалась:
- Почему? - дед уже сидел за столом, прислушиваясь к их светской беседе.
- Потому что ты тут же все раскритикуешь, будешь язвить, ворчать, все разберешь, начнешь чинить или еще что-нибудь придумаешь! - на одном дыхании выпалил он и перевел дух. Спайра с дедом посматривали на него с совершенно одинаковыми выражениями лиц - снисходительного интереса.
- Спелись, - простонал он и упал на стул. - Не дам, понятно?
- Понятно. Можно, я тебе тогда дам то, что считаю нужным? Пользоваться, или нет - сам решишь.
- И тогда ты от меня отстанешь? - быстро уточнил он. Дед отчетливо хмыкнул.
- На какое-то время, - согласилась Спайра. Потом улыбнулась и решила пояснить, - я к тебе уже привыкла. Мы с тобой подружились, можно сказать. И мне не хотелось бы... чтобы с тобой что-то случилось, дорогой друг.
Он молча наворачивал жаркое, но при ее словах кусок встал поперек горла. Какая, к черту, дружба?! Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной, это все знают! Потом он скис окончательно. То есть, она в нем видит не мужчину, а... друга. Бесполое существо, с которым хорошо болтать и которого можно не стесняться. Прекрасно.
Он отодвинул от себя тарелку. Аппетит пропал начисто. Даже мысль о том, что она за него беспокоится - больше не грела.
Слава богу, ему завтра в Сковородку.
***
Мы с дедом стояли на крылечке и смотрели, как Джозеф выходит за ворота. Я хмурилась - все мне казалось, что он что-то забыл, не взял. В последний момент, пока он не видел, я сунула ему в рюкзак маленький клубок бытового заклинания. Наспех нацарапанная на бумажке инструкция прилагалась. Чистая вода в неограниченном количестве в пустыне точно лишней не будет.
Я перевела взгляд на деда и вздохнула.
- Дед, пошли чай пить, - бодро сказала я, беря его под руку. Дед кивнул и тяжело оперся на костыль. - Может, все-таки, кухарку наймем? - робко заикнулась я, и дед тут же взбеленился:
- Через мой труп! Еще чужой тетки тут не хватало! Начнет ворчать, лезть вовсе щели, учить меня вздумает! Думать забудь даже, Спайра!
Слава богу, выражение лица у него теперь было воинственное, усы встали щеткой, и костыль стучал куда бодрее. Я виновато кивала и радовалась молча.
Когда Джозеф уходил, не оборачиваясь, бодро насвистывая что-то под нос, я поняла одну вещь. Каждый раз, когда он уходит - дед с ним прощается. Как будто навсегда. Потому что не знает - вернется внук или нет. Горло у меня опять сдавило, и я мрачно отхлебнула из кружки. Дед возился с чайником.
- Дед, ты как к прогрессу относишься?
- Никак, - фыркнул он. - Я здесь, прогресс там где-то, мы друг к другу никак не относимся!
- Здорово, - ухмыльнулась я. Дед с подозрением на меня уставился.
- Это ты чего задумала, а?
- Прогресс привнести, - созналась я, улыбаясь. - Ты как?
- Прогресс, говоришь, - прищурился дед, вытягивая больную ногу под стол. - А и неси его.
- Сейчас приду, - я быстро смоталась к себе, взяла карандаш с бумагой.
- Это чего? Письма будем писать?- любопытный дед заглядывал мне в руки и кажется, совсем не грустил.
- Нееет, - протянула я, расчищая себе место. - План дома рисовать будем! Ты-то всяко лучше знаешь дом!
- Понятное дело, раз я его строил, - фыркнул дед, садясь рядом. - Давай, с флюгера начинай.
- Дед, а пустырь за домом чей? - поинтересовалась я, накидывая план дома.
- Ничейный, - дед пожал плечами. - Там же безродная земля.
- Это хорошо, - задумалась я. Потом пририсовала к заднему двору еще пустырь, там обозначила некое строение.
- А такого нет там, - решительно заявил дед.
- Нет, так будет, - хмыкнула я.
- И что будет?
- Маленькая-маленькая, совсем крошечная электростанция, - скромно сказала я. Дед поперхнулся кофе и уставился на меня.
- Ну, ты даешь, - восхищенно протянул он. - А еще чего будет?
- Водопровод, - мечтательно протянула я. - Первым делом.
- Пока до нас трубы дойдут, ты состаришься, - фыркнул дед, с интересом смотря, как я быстро чиркаю на обороте бумаги цифры. - Это чего?
- Это расчеты. - Пробормотала я, с головой уходя в цифры. Периодически я вскакивала и бежала замерять ту или иную комнату. Потом сбегала посмотреть на пустырь. Пустырь был большой. Я жевала старый мундштук и думала.
- Тока не говори мне, что ты еще и куришь, - возмутился дед, вставая рядом со мной во дворе.
- Нет, не курю, - я продолжила жевать. - Бросила года три назад.
- Спайра!
- Дед, честно, бросила, - встрепенулась я. Дед сердито на меня смотрел. - Просто, когда грызу мундштук - лучше думается. Дед, поехали к шерифу, а?
- На кой ляд тебе этот прохиндей? - прищурился дед.
- Джозеф его так же называет, - улыбнулась я.
- Не переводи стрелки, - сердито велел дед. - Так, зачем тебе шериф?
- Пустырь будем покупать.
- Так он ничей, кому он нужен?
- Это он сейчас не нужен. А как только там встанет подстанция и все остальное - сразу всем понадобится,- хмыкнула я. Дед усмехнулся и кивнул.
- Только с шерифом я буду разговаривать,- дед потер руки в предвкушении. Я тоже потерла - мысленно.
Поездка много времени не заняла, и через час мы уже вернулись домой. Дед довольно посмеивался:
- Этот дуралей решил, что я совсем тронулся.
- У вас талант валять дурака. - Хмыкнула я. - И у Джозефа тоже.
- Так мы родственники же, - фыркнул дед.
- Это видно, - я тоже фыркала и перебирала кое-какие амулеты.
- Колдовать будешь? - шепотом спросил дед, с любопытством заглядывая в коробку.
- Буду, - согласилась я.
- Я тут, в уголочке. Посижу. - Тем же шепотом сказал дед и сел на табуретку. Я улыбалась и потихоньку плела заклинание, с трудом вспоминая формулы. Эх, надо снова учиться....
***
Стройка века начнется завтра. По маг-почте приняли заказ, уточнили мое местоположение и сообщили, что заказ прибудет завтра. Дед уже лег, я же сидела у себя в спальне, перед зеркалом и предвкушала. Предвкушала я, что сейчас сниму личину и высплюсь в своем естественном виде, так сказать. Дед ко мне в жизни не поднимется, а если и поднимется, я услышу.
Я по одной вынимала шпильки, складывая их в высокий стакан. Потерла затылок. Последнюю шпильку я сломала и стала жадно всматриваться в зеркало. Там, в прозрачном стекле меркло, мутнело мое лицо, расплывались четкие черты. Зрелище это всегда меня завораживало. Глаза подернулись дымкой, сменили цвет на бледно-желтый. Форма глаз чуть изменилась, становясь более вытянутой к вискам. Нос удлинился. Скулы выступили резче. Подбородок заострился. Волосы таяли, оставляя короткий ежик песочного цвета. Ногти на руках удлинились. Плечи как будто сузились, почти равняясь с бедрами. Ступни стали более широкими, приплюснутыми.
Я сладко потянулась, облизнула губы черным языком. Не раздвоенный, и на том спасибо. Улыбнулась своему отражению, скинула покрывало с кровати, нырнула в ворох перин, подушек и одеял. Свернулась уютным клубком, блаженно закрыла глаза. Тело сладко ныло, радуясь отдыху.