– Бал Амали говорит, что у нее к вам дело. Впустить?
Я удивился, сам не знаю зачем, торопливо спрятал игрушку под покрывало и кивнул:
– Впустить.
Амали нерешительно вошла, проводила взглядом запирающуюся за Тарисом дверь. Затем подняла на меня глаза, и снова этот странный загадочный взгляд.
– Какое дело? – спросил я ее, не скрывая любопытства.
Амали не спешила отвечать, приглаживала свои красивые длинные волосы и вообще казалась смущенной. И все-таки загадочная девушка эта Амали. И именно ее я понимал меньше всех. Совсем недавно говорила, что из-за меня ее убьют, а теперь сама заявилась ко мне в спальню.
– Я просто хотела… – начала она, затем растерянно улыбнулась: – А можно мне воды?
Я отвернулся к графину, налил в стакан воду и только повернулся, как ощутил на шее холодное лезвие кинжала. В серых глазах Амали плескался страх, лицо напряженное, злое. Такого поворота я точно не ожидал. Неужели и она с Капи?
– Не вздумай кричать, – прошептала она, аккуратно забирая у меня свободной рукой стакан.
Я медленно потянулся к пистолету на поясе.
– Не двигайся, – тихо сказала она, прижав лезвие сильнее, лицо ее стало уверенней, страх исчез. – Кто ты такой? Признавайся!
– Что ты делать? – непонимающе уставился я на неё. – Я Азиз.
Амали убрала стакан на столик позади, прижавшись ко мне всем телом, вытащила мой пистолет из кобуры, бросила его на кровать. Затем полезла в карман юбки, достала небольшую шкатулку, откинула крышку. А вот и бусина нашлась. Черт!
Теперь все сразу стало понятно. Я даже разозлиться на себя как следует не успел, так облажаться, это еще постараться надо. Теперь я лихорадочно пытался придумать, как объяснить ей про браслет так, чтоб это выглядело максимально правдоподобно.
Я старался сохранять внешнее спокойствие. Изобразил недоумение, попытался аккуратно пальцем отодвинуть лезвие от шеи.
– Это моё? – изобразил я идиота, а что еще оставалось.
На лице Амали проскользнула растерянность.
– Кто ты?
– Азиз, – повторил я.
Амали нахмурилась, неуверенно убрала кинжал, следя за каждым моим движением. Сейчас был отличный шанс схватить пистолет, наставить на неё…
И что дальше? Застрелю ее, скажу Зунару, что она работала на Капи и пыталась меня убить? Слишком неправдоподобно. И вообще, вся ситуация невероятно дурацкая. Да и не смогу я ее убить, к тому же она меня, кажется, убивать не собирается.
Тем временем Амали, не сводя с меня глаз, вытащила бусину из шкатулки, сжала ее, та мигнула синим, и Амали бросила ее на пол. Я мысленно выругался.
Но внешне изобразил другое: вытаращил глаза, призывая на помощь все актерское мастерство, которое у меня имелось и не имелось. Когда нано-ретранслятор выпустил свои щупальца, я перепуганно и где-то даже брезгливо взглянул на Амали.
– Что это? Ты делаешь это?
– Нет! – сведя брови на переносице, вспылила она. – Это ты делаешь!
– Я?!
Амали опешила.
– Ты знаешь, что это? – злясь, спросила она.
– Нет! Не знать!
Амали, резко дернувшись, снова приставила кинжал к горлу, чем меня окончательно разозлила. И злость придала мне сил. Кинжал вмиг выскочил у нее из рук и со всего размаху встрял острием в потолок. Не зря я тренировался все же. А в другую секунду я рванул к кровати и, схватив пистолет, наставил на нее.
Амали возмущенно переводила взгляд с меня на кинжал, кажется, даже порывалась подпрыгнуть, чтоб вытащить его. Только при всем желании роста бы ей не хватило. Направленный на нее ствол она и вовсе будто бы не замечала.
– Объясни! – велел я.
Такого поворота она, похоже, не ожидала. Какое-то время она колебалась, затем нерешительно сделала шаг назад и сконфуженно, будто бы стесняясь своих слов, спросила:
– Ты повелитель ракшасов?
Повисла пауза. До меня очень медленно доходил смысл ее слов.
– Что?! – я не смог сдержать улыбки, затем не выдержал и захохотал. – Кто? Повелитель ракшасов?!
Нет, это действительно было невероятно смешно. Почему всего лишь повелитель ракшасов, а не, к примеру, Властитель бездны и мрака? Я, не прекращая улыбаться, глядел на Амали, ожидая, что она все же объяснит.
Она неуверенно улыбнулась в ответ, потом вдруг нахмурилась.
– Твой браслет. Что находится в бусинах?
– Я не знаю.
– Ты лжешь, твои глаза тебя выдают.
Амали смерила меня презрительным взглядом и, нервным движением убрав прядь волос со лба, села на кровать.
– Давай поиграем, малыш! – воскликнула моя игрушка. Амали испуганно вскочила с места, заглянула под покрывало, вопросительно взглянула на меня.