– Ты считаешь Капи дураками?! У нас есть документ, подписанный императором. А у вас какой-то пацан, подлинность которого не доказана. А ну, Азиз! Расскажи нам, где же тебя носило пятнадцать лет?
Он зло сверлил меня взглядом.
– Мы этого пока не выяснили, – ответил Зунар. – Но есть версия, что его все эти годы держали в плену.
– Я спрашивал не у тебя! Пусть он ответит!
– Он тебе не ответит! – резко возразил Зунар. – Мы думаем, там, где его удерживали, с ним обращались жестоко. Он не разговаривает… Пока что. Но как только заговорит, сразу же все расскажет.
Вайно захохотал. Смех у него был злой и холодный, где-то даже истеричный.
– Ну, Халы! Ну, вы даёте! Нашли безродного пацана и решили одним выстрелом пристрелить и обезьяну, и змею! Поразительно! Но вот что я скажу, мне плевать на змей, но Капи соблюдают законы Империи. И если вам удастся доказать, что это действительно Азиз Игал, мы вернем ему источник. Но пока нет официального подтверждения и независимой генетической экспертизы, все это фарс чистой воды. А теперь проваливайте с нашей территории, а иначе мы будем вынуждены применить силу.
– Нет, Вайно. Вы нарушили правила и явились с оружием на нашу землю. Значит, это вы должны покинуть нашу территорию! – вспылил Зунар.
Вайно сделал многозначительную паузу.
– Хорошо, раз вы не хотите по-хорошему. Мы потому и явились с оружием, так как знали – Сорахашер источник так просто не отдаст.
Он взмахнул рукой, один из его людей вручил ему золотой кубок, похожий я видел в пирамиде источника Хал.
– Как, например, ваш Видящий, – красные мясистые губы Вайно растянулись в злой улыбке. – Он тоже слишком противился воле императора, совсем не оставил нам выбора – отказывался покидать наш храм.
Зунар напрягся, вытянулся, будто в любую секунду готов был наброситься на альбиноса.
– Что ты сделал с Видящим Асейро?
– Не переживай, самое главное я сохранил для тебя.
Вайно махнул кубком, и два маленьких белых шара выскочили из него и покатились по земле к ногам Зунара. До меня не сразу дошло, что это не шары, а человеческие глаза.
Что-то произошло в этот миг. Все, кто стоял на нашей стороне, будто по сигналу сорвались с места. Монахи наоборот – бросились врассыпную от эпицентра. Раздались выстрелы.
Здоровенная рука Башада схватила меня и засунула себе за спину.
Происходило что-то невероятное, как в каком-то фантастическом фильме, в котором переборщили со спецэффектами. У меня глаза разбегались, я не знал, на кого и куда смотреть. Один из наших подпрыгнул и, зависнув в воздухе, принялся стрелять сверху. Еще один, подняв руки к небу, начал притягивать к себе молнии, обрастая электрическими всполохами. Пролетел над головами прозрачный водяной шар, ударил в электрического, того будто замкнуло – затрясло мелкой дрожью. Люди падали, взлетали, швырялись огнем, стреляли и дрались.
Мое внимание привлек Зунар. Он, мелькнув, бросился к Вайно, но не успел добежать, как его отбросило невидимой силой обратно. Этот Вайно не только смахнул Зунара с земли одним взглядом, он еще и пули останавливал на лету, летящие в его сторону.
Башад отстреливался, медленными шагами продвигаясь дальше от эпицентра бойни.
Кого-то из Капи прямо возле нас разорвало напополам, ноги отлетели от туловища на несколько метров.
Выстрел, Башад дернулся, я сразу догадался – в него попали, вот только непонятно куда, если в бронежилет, то не страшно.
Внезапно какая-то неведомая сила схватила меня за ноги, опрокинула и потащила по земле.
– Блокируй! – заорал Башад, целясь в кого-то позади.
Ага, будто бы я знал, о чем речь. Я выхватил пистолет, выворачивая голову, пытался разглядеть того, кто меня тащил.
– Убейте мальчишку! – это кричал Вайно, и, судя по всему, речь шла обо мне.
Башад выстрелил. Невидимая сила резко отпустила меня. Несколько пуль пролетело в опасной близости от головы, остальные влетели в землю.
– Сюда! – не своим голосом заорал Башад.
Я резко из лежачего положения вскочил на ноги, двумя кувырками пролетел расстояние до Башада. Внезапная боль под ребром, будто острым дрыном кто-то заехал. Все-таки попали, собаки. Ничего, пуля вошла в бронежилет.
Только я оказался рядом с Башадом, как нас неожиданно окружили. Их было пятеро. Мы, не сговариваясь, встали спина к спине.
Выстрел. Я, не раздумывая, тоже принялся стрелять. Взвел курок, вжал спуск, и мужик передо мной тут же рухнул на землю.
Я никогда не убивал до этого. Был очень близок к такому желанию, но не убивал. Говорят, что люди в такие моменты испытывают страх, муки совести, впадают в истерику, но я не испытал совсем ничего. Только одно понимание – или я, или он. Лучше он.