— И где они сейчас?
— Понятия не имею… Надо искать. Надо побывать в этом колледже.
* * *
Словно кто им ворожил… Эйлин пришло приглашение на курсы переподготовки. И одним из возможных мест был именно Селвин-колледж! Эйлин, не раздумывая, собрала документы и немногие вещи для себя и сына, запаслась новыми амулетами, часть из них сразу надела на себя и на Северуса, отдала дочь в надежные руки Кэти и Тоби — и через несколько часов они уже стояли на земле Кембриджшира.
Для Северуса это было прекрасной возможностью пополнить знания о магловском мире. Двухтысячелетняя история, музеи и занятия, на которых он всегда присутствовал с матерью (к удивлению профессоров, ребенок вел себя образцово, а когда освоился, даже начал задавать детские, но чрезвычайно интересные вопросы). В результате уже через два дня куратор курса, где учились мать и еще пятеро студентов, не выдержал и спросил:
— Хочешь стать студентом Кембриджа, малыш?
На что получил совершенно серьезный ответ:
— Это было бы прекрасно, сэр. Но, увы, меня из-за возраста никто не принимает всерьез.
— Хочешь сказать, ты все понял на прошедших занятиях?
— Много непонятных слов, но мы с мамой смотрим их в словаре, сэр.
Профессор опешил:
— Ты умеешь читать?
— Да, сэр.
— Давно?
— Не помню точно, сэр. Кажется, мне еще не было трех, когда отец держал меня на коленях, читая книгу, и водил пальцем по строчкам. Извините, сэр.
— Что такое, м-м-м… пусть будет "акселерация"?
— Ускорение развития, сэр.
— Онтогенез?
— Развитие организма, сэр.
— Поразительно! Феноменальная память!
Профессор перевел удивленный взгляд на Эйлин.
— Вы сами занимались с сыном? Это надо подробно описать, непременно. Если к окончанию курса вы приготовите статью… И вы позволите протестировать ребенка? Я договорюсь со специалистами.
И действительно договорился, даже на то, что обследование будет бесплатным. Северус полдня отвечал на разные вопросы, ставил галочки в анкетах, пока с огромным облегчением не покинул наконец «этот кошмарный этаж». Нет, конечно, его покормили, предоставили все удобства и постоянно спрашивали, не устал ли он, но растягивать сомнительное удовольствие тому ужасно не хотелось. А детское тело просило движения, так что наконец Северус плюнул, махнул рукой, подпрыгнул и… лихо скатился по перилам на нижний этаж.
— Все-таки ребенок… — прошептал заведующий лабораторией.
— Но очень странный ребенок, — добавил ассистент. — Понаблюдать бы за ним… И физическое развитие у него явно отстает от умственного.
— Ну что вы хотите, коллега, у него практически взрослый ум. Я бы сказал, лет на двадцать.
— Я считаю, все же меньше, ближе к пятнадцати-шестнадцати, он еще очень многого не знает. Да и гендерные вопросы его совершенно не интересуют, как мы тут видим, — потряс распечаткой ассистент.
Эйлин же все свободное время корпела, вспоминая все, что использовала из методик раннего развития, что применяла немного позже, а сын помогал, вспоминая случайные, но важные моменты вроде совместного чтения. Приготовление зелий они дружно отнесли к «развитию мелкой моторики и внимания за счет привития бытовых навыков приготовления пищи». А вечером их ожидало зелье невидимости и, конечно же, оборотное. Так, на всякий случай.
* * *
Две невнятные тени, большая и маленькая, бесшумно скользили по темному коридору административного корпуса. К счастью, пока мать оформляла бумаги по приезду, Северус успел обследовать все двери и теперь уверенно вел мать в архив. Внезапно он остановился, почувствовав, что что-то не так, совсем близко… рядом! Вот тут, на уровне его колена. Он отпрянул и остановил мать.
— Фините инкантатем, — прошептала Эйлин.
Возле ног возникла тонкая нить, пересекающая коридор.
— Сигналка, сложная, — прошептал Северус и провел рукой поверх. — Перешагиваем, платье выше!
К счастью, эта нить была единственным препятствием на пути в архив, и вскоре мать и сын уже активно перебирали документы. К сожалению, довольно бестолково, пока Эйлин не нашла картотеки. Через десять минут после этого адрес семьи Селвинов был у них в кармане.
Отправиться на поиски после занятий не удалось: в холле их ждали.
— Позвольте представиться, Алан Далтон, доцент кафедры дошкольной педагогики и психологии. Миссис Снейп, не могли бы вы уделить мне полчаса-час вашего времени, когда вам будет удобно?