И ото всех них к нему шли слегка светящиеся серебром нити силы. Даже от маглов! Почему он не подумал об этом?
Картина расплывалась перед глазами, и он наконец потерял сознание.
Когда, очнувшись, Том посмотрел в зеркало, он увидел только себя, по-прежнему лохматого и грязного. Ему невероятно хотелось поговорить хоть с кем-то. И, может быть, даже показать еще кое-какие пока непонятные для него вещи. А на оправе появились странные значки…
«Похоже на иероглифы», — подумал он. И вспомнил об Эйлин Принц. Что-то подобное он видел у нее на картинках для детей, кажется, это был японский…
Он собрал вещи и, плюнув на свой внешний вид, аппарировал.
* * *
Семейство Снейп-Принц-Далтон (Северус решил перечислять фамилии попросту в хронологическом порядке) было изрядно ошеломлено видом явившегося к ним гостя. Это был какой-то не такой Темный Лорд.
«То ли не такой лорд… То ли не такой темный…» — раздумывал Северус, глядя на всклокоченные вихры, горящий взгляд и грязную щеку лорда Гонта, которого вдруг стало возможно мысленно называть… Томом. Несмотря на все, что он уже собой представлял - и что было ему известно. И это сделали вслух и мать, а потом и отчим - Северус чуть не подпрыгнул, но Лорд на такую фамильярность вообще не отреагировал - повел себя, словно все таки надо.
Когда Том начал свой рассказ и полез было в потрепанную (но явно зачарованную) сумку, его прервали:
— Сначала обет, — остановила всех Эйлин.
— Да что вы мне сделаете, — усмехнулся Том.
— Ну уж нет, порядок есть порядок…
После того как Эйлин и Алан принесли обет (Северус параноидально оценивал каждое слово, каждый оборот — и не нашел подвоха), и даже собрался было подойти сам, но… «Ребенка в расчет не брали, что ли? Ну и зря», — подумал он.
Том выложил на стол несколько странных вещичек, Алан аж подскочил:
— Анх?! Невероятно…
— Что-что? — переспросил Том, сроду не интересовавшийся Египтом, и все присутствующие прослушали отменную часовую лекцию на тему «ключа жизни» и всего, что он символизирует, а Северус смог немного расслабиться.
Эйлин, осторожно держа и рассматривая египетский крест, тихо бормотала:
— Жизнь, бессмертие, вечность, мудрость, защита…
Северус поймал какие-то странные ощущения, словно потоки воздуха застревали и замедляли все происходящее.
От поглаживаний пальцами из верхней петли вдруг выпала тончайшая цепочка, и женщина, словно загипнотизированная, встала, подошла к гостю и надела амулет ему на шею.
Тот, словно тоже под гипнозом, глубоко поклонился ей… Медленно… медленно она вернулась на место…
Диковинное общее оцепенение стряхнула Эбби, широко распахнувшая дверь и звонко, радостно всех поприветствовавшая. И тут же взяла в оборот гостя, вытащив свою новую тетрадь по нумерологии.
Том Риддл, лорд Гонт, наследник Певерелл чувствовал себя просто неописуемо довольным. Его интуитивное решение было верным. Оставалась одна малость, однако он чувствовал внутри себя какое-то сопротивление. Ему не хотелось… злить Эйлин? Наконец он собрался с мыслями и в разговоре словно невзначай высказался о маглах как можно более резко и пренебрежительно. Эйлин загорелась, словно спичка:
— Да, я якшаюсь с маглами и собираюсь это делать дальше. Тебе не противно пить чай из чашки, в которую я случайно могу налить его и для няни своих детей, маглы? А ее пирог сейчас тебе комом в горле не встает? Простецы, говоришь… Да что ты знаешь о них!
— Хм-м-м… Действительно, а давайте поподробнее… — протянул Том, неожиданно поняв, что никакое любование молниями в черных глазах не стоит того, чтобы резко испортить отношения с такой интересной женщиной.
Через пару часов захватывающей лекции-беседы, в которой лорд Гонт только задавал вопросы, а отвечал чаще всего Алан, меньше — Эйлин, но пару вопросов перехватил даже Северус, решение было принято: Далтон рекомендовал репетиторов, а Том… готовился к поступлению в Кембридж. Правда, четко сформулировать направление обучения так и не смогли: будущему студенту хотелось всего и сразу.
— Алан, Эйлин, у вас нет свободной комнаты?
Северус фыркнул про себя. Вряд ли найдется кто-то, способный отказать этому волшебнику. Все же наглость у Волдеморта всегда была и первым, и вторым счастьем. Не избавлен от нее и этот… хм… образец.