— Который час? — спросил он недовольным голосом.
— Уже десять, мистер Лукач.
— Зачем ты меня разбудил?
— Там посетитель, — таинственным шепотом сообщил ему привратник. Матильда заворочалась на кровати, и Лукач прикрыл за собой дверь:
— Какой еще там посетитель?
— Не знаю, мистер Лукач. Он утверждает, что хочет видеть вице-консула по паспортному вопросу.
— Ладно. Я сейчас оденусь и спущусь. Пусть подождет.
Через десять минут, кое-как приведя себя в надлежащий «присутственный» вид, мистер Лукач вошел в приемную залу. Навстречу ему поднялся господин в модном зеленом пальто:
— Мистер Лукач?
— Да, чем могу служить?
— Я по делу. Мне нужно оформить паспорт.
— Паспорт? — Мистер Лукач сначала не нашел слов, чтобы выразить свое удивление. Он был бы меньше удивлен, если бы к нему пришли купить мешок картошки. — Ах да, паспорт. Прошу в мой кабинет.
Он сделал широкий жест, приглашая посетителя пройти в свои апартаменты. Мистер Лукач водрузил свое пышное украинское тело в кресло по одну сторону огромного дубового стола, в то время как посетитель скромно уселся на единственный стул по другую.
— Пишите заявление по существу вашей просьбы. — Вице-консул извлек из ящика стола бланк заявления и передал его молодому господину.
Тот не заставил себя ждать и начал писать.
— Написали? Давайте сюда. Так, посмотрим, что тут у вас получилось. «Ваше превосходительство…» Гмм… Вообще-то, я не имею права на такой титул, ну да ладно, сойдет. «Прошу не отказать в любезности выдать паспорт вашему соотечественнику, ставшему жертвой гнусной, провокационной по своей сути кражи, в результате которой у него, то есть у меня, пропал паспорт…» Что за стиль у вас, мистер…
— …Брайант, мистер Лукач. Стивен Брайант, если вы не будете возражать.
— Что за стиль у вас, мистер Брайант! Ничего не пойму. Какой соотечественник?
— Ваш, мистер вице-консул, соотечественник. Я тоже канадский гражданин, и по странному совпадению мои родители — упокой бог их душу! — как и ваши, прибыли в Канаду из Западной Украины. Мы были когда-то Брайновские.
Молодой человек нагло смотрел в глаза мистеру Лукачу и улыбался.
— Хорошо, это очень приятно, — произнес мистер Лукач холодным тоном, не до конца осознавая, как могли Брайновские соприкасаться с Лукашенками. — Давайте ваше свидетельство о рождении.
— Увы, мистер Лукач, оно сгорело при пожаре.
Мистер Лукач удивленно приподнял брови:
— Где был выдан ваш паспорт?
— В канадском консульстве в Никарагуа.
«Там после землетрясения погибли все архивы. Кажется, Оттава меня как-то об этом информировала, — подумал про себя вице-консул. — Сейчас он скажет, что вся его семья осталась под руинами Манагуа».
— В каком консульском учреждении нашей страны вы состоите на учете?
— К сожалению, ни в каком. Сознаюсь, это не умышленно, дорогой мистер Лукач, — исключительно по легкомыслию. — Улыбка на лице ходатайствующего стала еще более невинной и лучезарной.
— А в самой Канаде — кто вас там знает?
— Увы, мистер Лукач, я давно лишен счастья лицезреть родину. — Выражение лица ходатайствующего о паспорте приняло такое скорбное выражение, что, казалось, его не могли бы утешить и десять канадских вице-консулов.
— В таком случае я должен заявить, что паспорт вам выдан быть не может, — холодно ответил вице-консул. — Вы сами утверждаете, что нет никого, кто бы мог подтвердить вашу личность. Соответствующими документами вы тоже не располагаете. До свидания!
Мистер Лукач решительно поднялся с кресла, давая понять, что аудиенция окончена. Но мистер Брайант продолжал сидеть и как ни в чем не бывало улыбаться. Не убирая с лица улыбки, он полез в карман пиджака и аккуратно положил на стол пять или шесть стодолларовых ассигнаций.
— Это что… такое? — изобразил мистер Лукач вполне искреннее возмущение.
— Это мой взнос в пользу бедных сирот города Белфаста, оставшихся без родителей.
— Но я не занимаюсь благотворительством! Уберите ваши деньги! Повторяю, я ничем не могу вам помочь и… прощайте.
Улыбка на лице мистера Брайанта, или как там его звать, исчезла. Он приподнялся со стула, вынул из кармана пальто пачку «уинстона», ловко бросил сигарету в рот и чиркнул зажигалкой перед самым носом вице-консула. Мистер Лукач оторопел и упал в кресло.
— Что это значит? — охрипшим голосом спросил он.