- Лорд Грэмвуд примет вас через несколько минут.
- Спасибо, - вежливо ответила девушка, скрывая мелко подрагивающие пальцы в манжетах пиджака. Она отчаянно пыталась бороться паническим страхом перед Клином Грэмвудом, хотя и прошло много лет мучительные воспоминания о времени проведенном в огромном замке Грэмвудов до сих пор свежи в ее памяти, где даже слуги относились к ним с папой с презрением.
Как же она умудрилась попасть в такую ситуацию? Если бы она знала, что мама обратится к ним, она бы этого никогда не допустила. Конечно, она могла бы рассказать матери насколько они ужасные люди, о воспоминаниях проведенных в этом замке, но стесненные обстоятельства в которых они оказались, заставляет переступить свои принципы. Денег отчаянно не хватало. Мама Амелии полностью выгорев лишилась дара артефактора и ее уволили с работы. Этот момент перевернул ее жизнь. Стоило ей только об этом подумать, как на плечах ощущалась вся тяжесть мира. Ей нужна эта работа, это ее дочерний долг.
Даже представить невозможно, что она будет работать у самого графа, как только Амелия начинала думать об этом, как подгибались коленки. Впрочем, она готова делать любую работу, лишь бы оплачивалась хорошо.
- Мисс Хаммонд, лорд Грэмвуд ожидает вас, - голос дворецкого отвлек от глубоких раздумий. Амелия последовала за дворецким к массивной дубовой двери, когда она открылась, девушка тихонечко взмолилась про себя – пусть все удачно сложиться. Стараясь сдерживать нервозность, девушка смогла приблизиться к графу и даже улыбнуться. Клин Грэмвуд, тем временем, поднялся из-за стола с выражением глубочайшего изумления на лице.
- Добрый день лорд Грэмвуд! Скорее всего, вы меня не помните, – сказала Амелия, слегка склонив голову в поклоне. – Я Амелия Хаммонд.
- Отчего же, наоборот, я очень хорошо вас помню, вы были довольно интересным ребенком.
Амелия улыбнулась в ответ:
- Очень мило с вашей стороны. Вы, наверное, хотели сказать - «безобразным» вместо «интересным».
Пара любезно брошенных фраз позволила установиться хрупкому перемирию, и Клин Грэмвуд указал ей на обтянутое кожей кресло возле стола.
– Прошу, садитесь.
– Я принесла диплом об окончании школы артефакторики и некоторые рекоммендации моего наставника, – сказала Амелия, присаживаясь и доставая из сумочки папочку.
Грэмвуд взял у нее папку, открыл ее и извлек оттуда диплом и несколько листков, исписанных от руки. Но его черные глаза изучали лицо девушки.
– Вы очень похожи на своего отца, – сказал он, наконец. – Он ведь Идарийского королевства?
– Не совсем. Моя бабушка оттуда, а дедушка из Эриллии, мой отец родился здесь, – пояснила Амелия.
Грэмвуд кивнул.
– Ваши волосы светлые, как у вашего отца, что свойственно идарийцам. – Он, наконец, перестал смотреть на девушку и начал изучать ее диплом.
Пока он читал рекомендации, Амелия позволила себе осмотреть кабинет, который можно было описать двумя словами величественный и роскошный, откуда Филипп Грэмвуд управлял своим графством. Затем, она внимательно посмотрела на него самого. Для своих пятидесяти, даже может с лишним, лет этот мужчина казался достаточно привлекательным. Его виски немного посеребрила седина, только морщин на смуглом лице почти не было заметно, как и признаков лишнего веса в его хорошо сложенной фигуре. Восседая за большим, воистину королевским столом, в идеальном, сшитом у лучшего портного Эриллии темном костюме он, казалось, излучал ауру богатства и власти, и Амелия, невольно, была вынуждена признать, что это впечатляет.
Сейчас, когда она смотрела на него глазами взрослой девушки, а не семилетнего ребенка, Грэмвуд не был похож на холодного и самовлюбленного типа, каким она его запомнила. С ней он держался весьма вежливо, да и чувством юмора у него все в порядке. Наоброт – это был элегантный аристократ, утонченный светский человек до мозга костей. Обобщая свои наблюдения, Амелия начала задумываться, возможно, что относилась все эти годы к нему предвзято.