Мужчина поцеловал руку в кружевной перчатке и обнял свою гостью:
— Белла Александровна, как вам не стыдно распускать про меня грязные сплетни. Никого не обманул, все счастливы и любимы.
Женщина взяла под ручку собеседника и посмотрела на меня:
— А ты знаешь, ведь он прав. Всех своих любовниц пристроил в надежные руки. Даже меня.
Они засмеялись, глядя друг на друга. Мне так понравилась эта женщина, я даже не могу объяснить почему. Мне казалось, что я вижу в ней свою родную душу.
Мы дошли до сцены, сели за столики и принялись смотреть представление. Марго, которая в этот момент плясала, заметила рядом с Дмитрием старушку и позеленела от злости.
Она ревнует его ко всем, догадалась я. Что ж, тяжело ей жить в таком женском коллективе, где каждая улыбалась своему начальнику.
Пока девушки выступали, Анастасия села рядом с Дмитрием. Он показал на меня и что-то тихо ей сказал, она кивнула, поднялась и показала знаком, что мне нужно идти с ней. Старушка сидела рядом с Дмитрием, улыбалась, глядя на сцену, и одобрительно хлопала его по руке.
Мы же прошли за сцену, поднялись по лестнице и оказались на втором этаже. Здесь было чище, чем там, где жила до этого я. Пройдя несколько комнат, мы остановились возле темной двери с красным ромбом на веревке. На ней было написано имя Мари.
Моя провожающая открыла дверь в комнату и пропустила меня вперед. Спальня была очень чистая, уютная. Здесь было две кровати, на одной толстый матрас, накрытый бесцветным покрывалом, на второй — несколько подушек, расшитые кружевом. На полу отдыхал тонкий потертый коврик с бахромой. У двери я увидела длинную деревянную стойку-вешалку, на которой красовались наряды. Ее прикрывала ширма, обтянутая тканью в мелкий цветочек. Рядом тумба с тазиком и кувшином. У окна небольшой стол с круглым креслом. У стены стояли два таких же кресла и маленький, круглый столик.
Скромно, но очень все качественное.
— Как тебя зовут?
Я обернулась, женщина, что меня привела, достала карандаш и собиралась в ромбике записать мое имя.
— Катрин.
Она нацарапала имя, закрыла дверь и ушла. Я посмотрела ей вслед. Что ж придется обживаться. В первой, что ли, жить в спартанских условиях?
Посмотрела в окно, это был внутренний двор с небольшим садом и дорожками. Даже пару лавочек увидела под деревьями. А дальше был высокий забор и двухэтажный дом, который утопал в зелени.
Через полчасика в комнату влетела улыбчивая девушка. Она замерла на пороге, потом сделал шаг назад, почитала имя на двери, еще больше улыбнулась:
— А я Мари. Мы будем теперь с тобой тут жить?
Я кивнула и протянула ей руку:
— Приятно познакомиться.
Она захлопала в ладоши и запрыгала на месте:
— Очень хорошо, а то я скучаю без Анны. Она уехала со своим любовником за город и оставила меня одну.
— Любовником?
Мари улыбнулась:
— Да, никто не хочет брать в жены простую танцовщицу. А Дмитрий Федорович нашел ей очень хорошего мужчину. Он богат. Да, у него есть жена и дети, но, если тебе купили целый дом за городом, почему бы не жить там?
— Хозяин пристраивает девиц из своего кабаре?
Девушка надула губки:
— Не говори так про него. Он никого не заставляет. Мы сами соглашаемся. Не будешь же ты всю жизнь ноги на сцене задирать. Да, он дает нам задания.
Она обернулась на дверь, подошла ко мне ближе и зашептала:
— Здесь очень много происходит разных сделок, и мы присутствуем при них. А потом Дмитрий Федорович все подробно расспрашивает и записывает.
— Вы шпионите за своими клиентами?
Она приложила палец к губам:
— Только мы об этом никому не говорим.
Я теперь поняла, чем здесь занимаются девушки. Вот же прохвост. Интересно, что он делает с этой информацией потом? Шантажирует тех, кто попался на его удочку или вкладывает деньги в более выгодные проекты.
Мари принялась шустро переодеваться. Я ей помогла с застежками и прической.
— Ты можешь посмотреть наше выступление из-за шторки. Мы сейчас будем танцевать, потом присоединимся к гостям и будем выходить на танец по очереди. А ты сегодня отдыхаешь. Можешь взять мою подушку, раз у тебя нет своей. Потом купишь и вернешь.
Я ей улыбнулась, кивнула, и мы пошли к сцене.
9 глава
Девушки выстроились за толстой шторой, а я отошла к краю и незаметно вынырнула наружу. В зале царил полумрак. На столиках стояли свечи в специальных светильниках. Диванчики и стулья были практически все заняты. Где-то на верхних рядах я даже заметила несколько женщин в дорогих манто. Видимо, это были спутницы тех, кто сюда пришел. Несколько молодых людей в длинных фартуках разносили напитки и еду с кухни, которая находилась недалеко от меня. Я села на крайний столик без светильника. На нем были сложены папки с меню, запасные салфетки и в широкой корзине лежали чистые приборы. Через несколько минут рядом со мной поставили поднос с перевернутыми бокалами. На меня никто не обращал внимания, поэтому я спокойно рассматривала зал, посетителей и все то, что происходит на сцене.
Над сценой висела большая люстра, которая все освещала. Заиграли первые аккорды музыки, и из шторки выглянула правая нога в чулочке. Я даже не услышала, а почувствовала, как по залу прокатился то ли вздох, то ли восторг. Потом она скрылась и выглянула опять, но уже левая, тут же показалась рука в перчатке, которая помахала всем присутствующим и скрылась вместе с ногой.