Стоп. Мостовая, звуки проезжающих колес и скрип, как будто телеги везут. Окно было узкое, и я видела только край забота. Сбежать через это пространство нереально, значит, должна быть какая-то дверь.
Я вышла из комнаты, услышала разговоры внизу, стоны за закрытыми дверями. Непонятно, что там творилось. Я постояла, послушала, но открыть не решилась. Никто ж на помощь не зовет, а вдруг там опять кто-то чем-то занимается, а тут я.
Глянула в сторону окна в конце коридора. Решила посмотреть, что видно там из той жизни, куда я попала. Подошла, облокотилась на оконную раму. Тут тоже было несколько деревьев, а за ними, очень близко, стоял двухэтажный деревянный дом. На нем не было никаких электрических проводов , привычных глазу спутниковых антенн и украшений из фальшивого камня. Я наклонилась вперед и пригляделась к домам подальше, но картина повторилась.
— Что же это такое? Не могла же я прошлое перенестись?
— Ты что тут высматриваешь? — раздалось за спиной, — Сбежать собралась? Не получится.
Я даже вздрогнула от этого скрипучего голоса, так он меня напугал.
4 глава
Старуха скривилась и смотрела на меня. Один глаз был прищурен, и его не было видно, а второй, как рентген, смотрел сквозь меня. Она кашлянула, шагнула ко мне, а я, наоборот, вжалась в раму, такое жуткое зрелище она представляла. Сквозь шрам на щеке я увидела ее зубы. Зрелище не для слабонервных.
Она протянула ко мне свою костлявую руку с желтыми ногтями. Я стала вертеть головой, чтобы она ко мне не прикоснулась.
— Что ты делаешь, дурында? Рот открыла и высунула язык! — скомандовала она мне.
Я нехотя открыла рот и показала ей то, что она просила. Монстра наклонилась и посмотрела внутрь. Потом покрутила мои руки, посмотрела у меня подмышками. Выпучила глаз и приблизилась ко мне. До чего же жуткая она была, что у меня от страха волосы встали дыбом.
— Под коленями тоже чисто?
Я быстро, быстро закивала головой, лишь бы она от меня отстала.
— Хорошо.
Старуха отвернулась, достала из складок юбки блокнот, послюнявила карандаш и сделала себе пометку. Потом она заковыляла дальше. Стоило ей скрыться в одной из комнат, я выдохнула.
В этот момент в коридоре раздался топот, и девушки после завтрака разбрелись по комнатам. Я тоже пошла в свою, отходя от встречи со смертью. Фифи уже лежала на своей кровати и поглаживала свой животик.
Я села перед зеркалом, рассматривать свое лицо. Мне было интересно, как так получилось. Еще раз обследовала на швы после операции и ничего не нашла.
— А выйти из дома мы можем?
Фифи перевернулась, улыбнулась:
— Сегодня вечером и выйдешь. Тебя же под фонарь на улицу выгонят, наша комендантша утром объявила за завтраком, кто где работает. Забыла уже?
— Под фонарь?
— Ага. Мы будем лимонад пить, да пирожные с новыми клиентами кушать, а ты сегодня, пока пятерых не отработаешь, не зайдешь в помещение. Помажься той вонючей мазью, чтобы мошки не сожрали тебя, а то будешь завтра чесаться.
Я посмотрела на большую склянку, запах от нее был жуткий. Не то что мошки, люди ко мне не подлетят.
Соседка поднялась с кровати, подтянула чулки на ногах и принялась перевязывать на них ленточки.
— Что значит, пятерых не отработаешь?
Она на меня многозначительно посмотрела:
— Катрин, ты как будто сегодня ночью родилась. То и значит, что будешь мужичков на улице ловить и радовать своим прелестным телом. Ночь тебе предстоит тяжелая. Иной раз и плеткой может попасть от извозчика. Девки на улице тоже наглые, а ты смазливая. Могут и лицо расцарапать. Ты, если нападут, зови Аркадия, хоть жива останешься.
Я передернула плечами, потому что радовать я уж точно никого не собиралась, и в битвах участвовать в мои планы не входило. Голова сразу заработала в направлении побега. Нужно что-то придумать. Осмотрелась, в поисках вещей. Под кроватью задвинута была небольшая квадратная корзина. Я ее вытянула: там лежали панталоны из тонкой ткани, толстые чулки, свернутые в трубочку, и обвязаны тонкими лентами, два платья, темный жакет и поношенная шляпка с сеточкой. Небогатый улов, но все же, хоть что-то. Рядом я нашла истоптанные ботинки на небольшом каблучке.