- Вам не стоит недооценивать обстоятельства, порой они меняются со скоростью ветра.
- А люди?
- Еще быстрее, - он помолчал. – Я могу помочь вам, - теперь голос мужчины стал мягче, но в глазах не было ни капли искренности. – Просто признайтесь, что вам известно о его делах.
Взглянув на него, я резко осознала, что не смогу больше доверять ни его речам, ни своей лживой интуиции. На кону стоит уже не участие в отборе, а моя свобода. Если уж драться, то только до конца.
- Лоиз умерла, - сказала я глухо. – Вы знаете об этом?
- В общих чертах. К сожалению, погибли все девушки, запертые в комнате, - он прохладно посмотрел на меня, - кроме вас. Только вам удалось найти заговоренные карты, на которые когда-то женщина моего рода наложила защитные заклинания.
- Против смерти?
- Да. Видите ли, она была Повелительницей Жизни, и знала в этом толк. Так что, если бы за карты взялась та же Лоиз, сейчас стояла бы передо мной она, а не вы.
Я сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Его слова были колючими и острыми, но правдивыми. Если дядя узнает, что Лоиз погибла, его хватит удар, ведь он хоть и крепкий человек, но уже в почтенном возрасте. Так лихорадочно думала я, пытаясь понять, насколько далеко все может зайти.
- Чего вы хотите от меня, Виктор? Преданности?
- Не думаю, что преданность аранийки спасет меня от всех бед, - ответил он задумчиво. – Мне просто нужно, чтобы вы стали моей союзницей. Больше вы не напишете ни одного письма ни вашему дяде, ни любому другому аранийцу.
- Серьезно?
- Более чем. Вам не захочется узнать последствия непокорности. Пока улик против вас совсем недостаточно, но как только приедет ваш дядя, вы расскажете все. Почему-то я в этом не сомневаюсь.
- А вы самоуверенны, - заметила я.
- Разумеется.
- Это ведь вы убили напавших на нас разбойников? – спросила я, чуть помолчав. – Это были люди Винтера, он хотел захватить аранийских участниц отбора.
Хрипло выдохнув, Виктор Дальгор потер ладонями виски.
- Отвратительный из него получился вассал. Остается только надеяться, что его сын вырастет разумнее, чем отец.
- А еще, - я набралась смелости, - я убила магией их предводителя, который пытался убить меня в первые дни отбора.
- Да, - Дальгор чуть улыбнулся уголками губ, торжествующе посмотрел на меня. – Я знаю.
- Знаете? – переспросила я, настороженно прищурившись. – Почему вы тогда не бросили меня в темницу или вовсе не убили своей родовой магией?
Виктор посмотрел на меня с неподдельным интересом, в синих глазах промелькнуло что-то неуловимое, жгучее, почти страстное. Его спокойствие разило наповал в этой гулкой тишине.
- Убийство – скучно, - сообщил он, - особенно, когда владеешь мощнейшим даром, который нужно использовать только во благо другим. Мне нужны сильные союзники, а не мертвецы. Вы же обладаете водной магией, это редкость для аранийки.
- То есть вы хотите, чтобы я стала вашим оружием? – уточнила я. – Но зачем мне доверять вам, врагу?
- И вашему возможному мужу, - припечатал он.
Я смерила его тяжелым, презрительным взглядом.
- С другой стороны, вы умна и осторожна, - он прищурился с любопытством. – Но подумайте, что произойдет, если вы мне откажете. Я не оставлю иного выбора, ваш дядя заплатит дорогую цену за вашу гордость. Сейчас же я предлагаю защиту и помощь, а не предательство.
- Стоит предложить их Эвиане, мой герцог, - произнесла я ядовито. – Это то, что нужно ей и вашей дражайшей матушке.
Виктор слегка нахмурился, услышав мой ответ. В его глазах вновь вспыхнула искра заинтересованности.
- Эвиана – не лучшая претендентка в невесты, - произнес он, прекрасно зная, что у меня нет иного выхода, кроме как прислушаться к его предложению. – Наш с вами союз – это шанс выжить. Неужели вы готовы поставить на карту свою жизнь ради женитьбы ненавистного врага на нелюбимой?
- Я готова довериться вам, - сладко улыбнулась, глядя прямо ему в глаза.
Дальгор торжествующе улыбнулся, очень довольный тем, что сумел меня убедить. Но я не так-то проста!
- Не раньше, чем вы поставите на место свою ретивую матушку, - продолжала, не отводя взгляда, - и дадите гарантии, что мой дядя останется в целости, сохранности и на свободе.
И, чтобы закрепить свои дерзкие, ехидные пожелания, улыбнулась – очень мило и невинно.
Выражение лица Виктора Дальгора изменилось. Он был зол.
Герцог скрипнул зубами, и в его глазах засверкали огненные искры. Я чувствовала, как в холодном воздухе неуловимо витает напряжение, становясь все тверже и опаснее. Тон Виктора стал холодным, как воды Четверного моря, когда он произнес: