Шаша уже делала это раньше. Она привыкла к длинным часам ожидания в темноте, пока не придет время действовать. Расписание, по которому жил офис СКБ, словно впечаталось ей в мозг: охранники совершают обход каждые два часа начиная с семи — один раз четные этажи, другой нечетные, уборка начинается в четыре утра.
В полночь она выбралась из чулана и, мягко ступая, направилась ко входу в секцию из нескольких кабинетов, которую занимал Тан. Дверь была закрыта электронным замком весьма примитивного типа. Тонкий лучик фонарика осветил его. Из кейса Шаша достала небольшую коробочку, размерами и формой напоминающую карманный калькулятор, и направила один ее торец в сторону замка, нажав одну из кнопок. Запорные язычки, скользнув, бесшумно отошли назад. Когда она вошла в приемную, ей показалось, что она слышит слабое шипение. Она замерла, выжидая. Звук не повторился. Чтобы разделаться с другой дверью, ведущей в личный кабинет Тана, и найти там сейф, ей потребовалось не более двух минут.
Снова раздалось шипение, но она не обратила на него внимания. Она решила, что оно вызвано какой-то небольшой неисправностью в системе кондиционеров. Инстинкт говорил ей, что надо поторапливаться и делать все максимально быстро.
Но сначала нужно было принять некоторые простые меры предосторожности. Шаша отошла от сейфа и открыла дверь в личный туалет и душевую Тана, подготовив таким образом укрытие на тот маловероятный случай, что ей помешают. Затем она вернулась к сейфу и открыла его, использовав комбинацию цифр, которую назвала ей «сестра». Она вынула из сейфа нужные документы и положила на стол. Быстро просмотрев их, она убедилась, что это то, что ей нужно, — в папке содержались именно те документы, что описал ей Цю.
Нет, не совсем. Когда она листала договор о предоставлении кредита, из него выскользнул листок рисовой бумаги, вложенный между страницами. Шаша прихлопнула его к столу ладонью и всмотрелась в написанное. На квадратном листке был нарисован китайский иероглиф и несколько арабских цифр, разбитых черточками на группы. Телефонный номер? Она прищурилась, глядя на неряшливо выписанный иероглиф, очевидно набросанный кем-то в большой спешке. Что он означал?.. «Чжао»?
Еще раз раздалось шипение, на этот раз рядом с ней. Вэй Шаша сообразила, что копается здесь уже достаточно долго. Она осторожно положила бумаги в свой кейс и заменила их другой папкой, которая выглядела точно так же.
А что делать с листком тонкой бумаги? Девушка прикусила губу. Лучше сунуть его в договор и положить в сейф, решила она. Потом она захлопнула дверцу сейфа, помня, что на дисках надо установить точно такую же комбинацию, которая и была, когда она пришла сюда.
До этого момента она была бдительна, но слегка расслабилась: все было сделано, все шло точно по плану. Но внезапно она поняла, что загадочное шипение стало непрерывным. Оно показалось ей зловещим. Шаша огляделась вокруг. Как только она оторвала взгляд от дисков набора комбинации, она увидела не более чем в полуметре от себя ползучую гадину. Шаша смотрела на змею, змея — на нее.
Потом одновременно обе стремительно пришли в движение.
Выполняя заповеди наставников, Шаша зарисовала план офиса у себя в голове и перед тем, как начать работать, вспомнила его еще раз. У нее за спиной, несколько левее оставалась открытая дверь в туалетную комнату Тана. Она влетела в нее как раз вовремя: как только дверь захлопнулась у нее за спиной, раздался тупой звук удара об нее.
Сердце девушки готово было разорваться. Никогда в жизни Шаша не была так напугана. Она плюхнулась на пол и принялась отчаянно соображать.
Она чутьем осознала, что произошло, потому что изучала и знала все существующие охранные системы. Вместо шумного и дорогостоящего добермана, в охраняемое помещение запускается смертоносная змея или даже насекомое. Пришелец может отравить собаку, потому что знает о ее существовании: она лает, да и вообще ее присутствие легко предугадать. Но кто из воров может предугадать присутствие в охраняемом помещении змеи? Кто из шпионов знает, как с ней обращаться? Замечательная по своей эффективности уловка — пока о ней никто не знает. Уж точно секретарша Тана не знала о змее, иначе она бы сообщила Цю.
Шаша попала в ловушку.
Змея, находившаяся в офисе, была три метра длиной, и девушка чувствовала, что она смертельно опасна, но кроме этого она ничего не знала о ней.
Она не знала, что это lachesis muta — бушмейстер, который способен выслеживать свою жертву часами, выискивая ее только по теплу, излучаемому телом, пока в конце концов не нанесет свой удар — смертельный удар. Никто из людей не может надеяться на то, чтобы перевоспитать и приручить ее. Укус бушмейстера всегда смертелен. Это создание убивает не ради пищи, не ради того, чтобы выжить, а просто потому, что человек — его враг. КГБ разводило их как дешевых заменителей сторожевых собак.
Шаша поднялась с пола и включила свет. Она не сможет оставаться в ванной вечно. Охранники с обходом не потревожат ее: им приказано любой ценой держаться подальше от кабинета. Но очевидно, что перед приходом уборщиц кто-то должен убрать отсюда смертоносного стража. Этот «кто-то» сразу поймет, что здесь находится чужак. Шаша заперла за собой все двери, но ее кейс так и остался лежать на столе Тана. Не важно, какой ценой, но она должна унести отсюда кейс и доставить его содержимое Цю. От этого зависело все. Он сказал ей достаточно ясно, что будущее Гонконга, его безопасность, даже само существование зависят от того, доставит ли она ему документы, лежавшие в сейфе. И она должна сделать это, не оставив следов своего пребывания в кабинете.
Думать! Она должна думать.
Взглядом она обежала маленькую комнату, ища оружие, которым могла бы воспользоваться. Шкафчик под умывальником не содержал ничего, чем можно было бы воспользоваться: щетка для чистки раковин, какое-то мыло, безопасная бритва, крем после бритья… запасной пакетик с лезвиями для бритвы. Глаза Шаша сузились в щелку. Хоть какое-то оружие. Теперь ей нужен рычаг, палка. Она ходила кругами, поминутно прижимаясь ухом к двери. За дверью перемещалась змея. Шаша была в ловушке. В ловушке!
Она знала, что у нее только один шанс, только доли секунды отведены ей на то, чтобы действовать. До этого момента девушка смело смотрела в глаза опасности, но схватка со змеей приводила ее в ужас. Она питала отвращение ко всем пресмыкающимся.
Наконец Шаша открыла пакетик с лезвиями и высыпала их в раковину. Шесть штук. Потом она взяла в руки щетку для чистки раковин, сделанную из мягкой пластмассы. Медленно, остерегаясь порезаться, она стала втыкать лезвия в щетку, прикладывая всю свою силу. Но даже так они не входили глубже, чем на пару-другую миллиметров. Шаша плавно помахала щеткой в воздухе раз, другой. Одно лезвие выпало, звякнув о кафель пола. Она подобрала его и снова вогнала в щетку. Ее дыхание участилось. Она знала, что уже пора.
Ее рука сомкнулась на дверной ручке и стала медленно поворачивать ее. У нее ушло почти полминуты на то, чтобы освободить защелку. Шаша с трудом сглотнула, во рту у нее пересохло, горло горело. Она чувствовала, как кровь бьется у нее в сонной артерии. Она пару раз качнула щеткой, чтобы проверить, как распределен ее вес. Одна секунда. Одно мгновение…
У нее всего один шанс. Когда Шаша откроет дверь, она должна будет оставаться сбоку и за ней. Змея сначала проникнет в туалетную комнату, потом развернется, и только после этого сможет укусить ее. Мгновение змея будет беззащитна, и Шаша сможет нанести удар.
Шаша распахнула дверь.
Бушмейстер не дремал. Он скользнул в проем, поднял голову и стал разворачиваться, чтобы атаковать испуганную девушку. Он точно знал, где она находится, определив это своим термолокатором. Шаша хлестнула по нему своим оружием раз, другой, третий, потом слезы застлали ей глаза, и она уже не могла видеть, куда наносит удары. Она сделала несколько глубоких вдохов, боясь впасть в истерику. Она ничего не видела! Она ничего не видела…
Шаша смахнула слезы с глаз рукавом. Бушмейстер лежал у ее ног. Он был мертв: она почти снесла ему голову первым же ударом. Девушка подавила желание закричать и отпрянула от твари, свернувшейся кольцами на полу. Она хотела повернуться и бежать со всех ног из этой комнаты ужасов, но опыт и тренировка остановили ее порыв. Она знала, что должна сделать.