Ушёл. Шаги затихли. Дюбуа остался один у забора. Смотрел на Зону, на темноту, на звёзды.
Корабль Тесея. Все доски заменены, но корабль тот же. Или нет. Философия без ответов. Только вопросы.
Зона в крови. Сыворотка изменила тело, оставила психику. Корабль новый, капитан старый. Парадокс.
Легионер повернулся, пошёл к казарме. Медленно, держа правую руку на перевязи. Завтра утром к Левченко. Попросить отпуск. Неделю в Киеве. Отдых, город, жизнь.
Потом решит. Продлевать контракт или уехать навсегда. Остаться волком в Зоне или просто уйти в мир.
Вопрос без ответа. Пока.
Но неделя отдыха нужна. Тело восстановилось. Голова нет. Мёртвые снятся каждую ночь. Шестеро из последнего рейда. Семьдесят из Тессалита. Сто десять из второй роты. Все разом, толпой, стонут, смотрят, обвиняют.
Почему ты жив, а мы мёртвы?
Ответа нет. И по всей видимости не будет…
Глава 6
Автобус от базы до Киева шёл четыре часа. Старый украинский «Богдан», грязный, с треснутыми стёклами. Пассажиров человек двадцать — рабочие, женщины с сумками, двое солдат срочников в форме потёртой. Все молчали, дремали, смотрели в окна. Дюбуа сидел на заднем сиденье, правая рука на перевязи под курткой, левая на коленях. Кольт под курткой на бедре, нож на поясе. Винтовку и автомат сдал на склад. Гражданская одежда — джинсы, рубашка, куртка чёрная. Документы французские на имя Пьера Дюбуа. Легионер в отпуске.
Киев показался в сумерках. Шесть вечера, ноябрь, темнеет рано. Сначала окраины — панельные высотки, гаражи, заводы. Потом ближе к центру — старые дома, широкие проспекты, реклама яркая. Автобус въехал на вокзал, остановился с хрипом тормозов. Все вышли.
Пьер последний. Сошёл с автобуса, остановился на перроне. Рюкзак на одном плече, лёгкий — две смены белья, документы, деньги. Посмотрел вокруг.
Вокзал большой, советский, бетонный. Людей много — толпы, потоки, движение. Кричат, смеются, бегут. Дети визжат, таскают чемоданы. Женщины торгуют пирожками у киосков. Мужчины курят у входа. Громкоговорители объявляют поезда на украинском, русском, английском. Шум, гул, жизнь.
Легионер стоял, смотрел, не двигался. Сканировал периметр автоматически. Выходы — три, все контролируются. Укрытия — колонны, киоски, скамейки. Угрозы — нет видимых. Толпа мирная, без оружия, без агрессии.
Но инстинкты кричали. Что-то не так. Слишком открыто. Слишком много людей. Слишком шумно. Каждый мог быть врагом. Каждый киоск — засада. Каждая колонна — снайперская позиция.
Он двинулся к выходу. Медленно, вдоль стены, подальше от центра зала. Плечом к стене, лицом к толпе. Сканировал лица, руки, движения. Женщина с коляской — чистая. Мужчина с чемоданом — чистый. Двое подростков с рюкзаками — чистые. Все чистые.
Но сердце билось быстро. Дыхание учащённое. Руки напряжены, готовы к бою. Кольт под курткой тяжестью давил на бедро. Нож на поясе ощущался реально. Мышцы сведены, готовы к прыжку, удару, уклонению.
Вышел на улицу. Холод ударил в лицо. Ветер резкий, дождь мелкий. Проспект широкий, машины едут, фары светят. Тротуары полны — люди идут, спешат, зонты раскрыты. Магазины светятся, кафе открыты, музыка играет откуда-то.
Дюбуа остановился у стены вокзала. Прижался спиной к бетону. Смотрел на улицу, на людей, на машины. Ждал.
Чего? Взрыва. Выстрела. Атаки. Чего-то.
Прошла минута. Ничего. Люди шли мимо, не смотрели на него. Машины ехали, не останавливались. Музыка играла. Дождь капал.
Мирный город. Обычный вечер.
Но легионер не мог расслабиться. Каждый прохожий — потенциальная угроза. Каждая машина — бомба. Каждое окно — снайперская позиция. Мозг работал в боевом режиме. Зона научила: мирный момент — перед атакой. Тишина — перед взрывом. Спокойствие — перед смертью.
Он оттолкнулся от стены, пошёл вдоль проспекта. Быстро, но не бегом. Держался ближе к стенам зданий, подальше от края тротуара. Обходил группы людей, не вписывался в толпу. Оглядывался каждые десять секунд. Проверял слепые зоны — арки, подворотни, переулки.
Сыворотка работала. Восприятие обострённое. Зрение острее — видел лица на расстоянии тридцати метров чётко. Слух острее — различал разговоры, шаги, двигатели. Обоняние тоже — табак, выхлопы, еда из кафе, парфюм женский. Всё одновременно, слоями, избыточно.
Рефлексы быстрее. Женщина споткнулась рядом, он уже развернулся, рука к Кольту. Она выровнялась, пошла дальше. Не заметила. Мужчина резко вышел из подворотни — легионер шагнул в сторону, рука на ноже. Мужчина прошёл мимо, курил, смотрел в телефон. Не заметил.