Легионер посмотрел на портфель в руке. Семь с половиной тысяч евро. Цена одной жизни. Петренко стоил пятнадцать тысяч. Дорого для политика, дёшево для человека. Относительность цены.
— Следующий контракт будет? — спросил он.
— Возможно. Зависит от заказчиков. Такие работы редкие, но прибыльные. Но сначала реши — возвращаешься в Зону или нет. Левченко ждёт ответа. Снайпер нужен, платят хорошо, работы много. Выбор за тобой.
— Подумаю.
— Думай быстро. Отпуск кончается завтра. Либо на базу, либо до свидания навсегда.
Крид протянул руку. Рукопожатие крепкое, короткое.
— Удачи, Дюбуа. Ты хороший солдат. Таких мало. Если решишь уйти — пойму. Если останешься — буду рад. В любом случае, знай — ты право имеешь. На что? На то что сам решишь. Деньги дают выбор. У тебя теперь денег достаточно. Выбирай.
Развернулся, пошёл через площадь. Широкий, уверенный, в бирюзовом костюме. Растворился в толпе за минуту.
Легионер остался один. Портфель в руке, пятнадцать тысяч евро внутри. Цена убийства Петренко. Цена его собственных сомнений. Цена выбора.
Крид прав. Достоевский задавал вопрос — кто право имеет? Ответ простой. Тот у кого власть. Власть разная — деньги, оружие, влияние. У Пьера оружие и деньги. Значит право имеет. На что? На жизнь, на выбор, на путь.
Зона или город? Контракт или свобода? Война или мир?
Он посмотрел на церковь напротив. Золотые купола, кресты, красота старинная. Внутри люди молятся, просят прощения, ищут ответы. Достоевский там бы сидел, мучился, страдал. Раскольников тоже.
Но Пьер не Раскольников. Он солдат. Философия не его дело. Работа его дело. Выстрел, деньги, жизнь дальше. Просто, понятно, эффективно.
Петренко мёртв. Пятнадцать тысяч евро в кармане. Работа закрыта. Следующий шаг?
Решит сегодня. К вечеру. Может Оля поможет решить. Воробей с бирюзовыми волосами, что заставляет чувствовать жизнь. Или Зона решит. Место где всё ясно — убивай или умирай.
Два пути. Один выбор. Время до завтра.
Легионер сунул портфель в рюкзак, закинул на плечо. Пошёл через площадь. Медленно, без спешки. Город жил вокруг. Киев, третий день, последний день решения.
Кто право имеет? Он имеет. На что? На выбор.
Сделает его сегодня.
Но сначала кофе. И может скрипка. Голос французский, читающий стихи. Воробей, слушающий внимательно.
Жизнь перед выбором. Последние часы человечности.
Потом решит — остаться человеком или вернуться волком.
Оба права имеют.
Вопрос только — какое право сильнее.
Глава 9
Андреевский спуск в три часа дня. Солнце пробивалось сквозь облака, холодное, но яркое. Туристов больше чем в тот раз — группа японцев фотографировала церковь, пара студентов торговала картинами, художник рисовал портрет девушки.
Оля стояла на том же месте. Скрипка у плеча, глаза закрыты, играла. Мелодия знакомая, печальная. Чайковский, кажется. Лебединое озеро, или что-то похожее. Играла красиво, самозабвенно. Несколько прохожих остановились слушать, бросали монеты в чехол.
Дюбуа стоял в десяти метрах, смотрел. Рюкзак на плече, портфель с деньгами внутри. Работа закончена, контракт закрыт. Петренко мёртв, пятнадцать тысяч евро в кармане. Выбор впереди — Зона или город.
Но сейчас только она. Девушка с бирюзовыми волосами, что играет на скрипке и не знает что он убийца.
Мелодия закончилась. Оля открыла глаза, увидела его. Лицо расплылось в улыбке. Широкой, искренней, радостной.
— Пьер! Пришёл! А я думала не придёшь.
— Обещал.
— Обещания не всегда выполняют.
— Я выполняю.
Она засмеялась, положила скрипку в чехол, закрыла. Закинула на спину, подошла к нему. Встала близко, посмотрела снизу вверх — он выше на голову с лишним.
— Как спал?
— Хорошо.
— Правда? А то выглядел как зомби. Сегодня чуть лучше. Почти живой.
Легионер усмехнулся. Она не знает насколько точное сравнение. Зомби он видел. Много. Недавно.
— Спасибо, наверное.
— Это комплимент. Значит отдых помогает. — Оля толкнула его локтем игриво. — Пошли? Я закончила на сегодня.
— Куда пошли?
— Туда же. В нашу кофейню. Они синнабоны свежие утром привозят. Ещё тёплые должны быть. И кофе. Ты же любишь кофе?
— Люблю.
— Тогда пошли. Угощу. Пока при деньгах…
Взяла его за руку, потянула. Рука маленькая, тёплая, пальцы тонкие. Он не сопротивлялся. Пошли вместе через переулки, дворами. Она болтала без остановки — про утро, про репетицию дома, про соседей что ругались через стену, про кошку бездомную что просила еды.