Марко глянул на него, усмехнулся.
— Ну что, новенький, готов обосраться?
— Судить товарища по себе, плохая идея брат, — ответил Дюбуа, не поднимая глаз.
Марко фыркнул, вернулся к автомату. Диего подошёл, встал рядом. Широкий, как шкаф, пах потом и табаком.
— Слышь, француз. В бункере — ты идёшь последним. Прикрываешь тыл. Если что-то вылезет сзади — убиваешь. Не ждёшь команды, не кричишь. Просто убиваешь. Ясно?
— Ясно.
— Хорошо. А то предыдущий снайпер у нас был слишком разговорчивый. Всё время спрашивал: «Стрелять? Не стрелять?» Заебал. Потом его кровосос сожрал. Пока спрашивал.
— Понял урок.
— Умница.
Диего хлопнул его по плечу, ушёл. Рафаэль докурил, подошёл, сказал тихо:
— Не слушай их. Марко всегда так — проверяет новичков. Диего тоже. Если не огрызаешься, не психуешь — значит, норм. Если начинаешь доказывать — значит, слабак. Ты правильно делаешь.
— Спасибо.
— Не за что. Просто держись рядом. В бункере темно, узко, легко потеряться. Если отстанешь — мы не вернёмся. Лукас так сказал — так и будет.
Наёмник кивнул. Рафаэль вернулся к своему углу, продолжил упаковывать снаряжение.
Лукас закончил с бумагами, обернулся.
— Все готовы?
— Да, — хором ответили бразильцы.
— Хорошо. Выходим через пять минут. «Уралы» уже заведены, водители ждут. Грузимся быстро, без базара. В машине молчок, экономим силы. Вопросы?
Никто не ответил.
— Отлично. Пошли.
Они вышли из оружейной, прошли по коридору, поднялись по лестнице на поверхность. Утро серое, небо затянуто облаками. Воздух прохладный, пахнет сыростью и металлом. У ворот стояли два «Урала» — грязные, в ржавчине, двигатели урчат. Водители курили, глядя в никуда.
Группа залезла в кузов первого. Марко, Диего, Педро, Рафаэль, Пьер. Лукас сел в кабину рядом с водителем. Второй «Урал» остался пустым — запасной, на случай, если первый сдохнет.
Машина тронулась. Тряска, грохот, кузов скрипел на каждой кочке. Легионер сидел на лавке, винтовка между ног, смотрел через щель в тенте. Рыжий лес проплывал мимо — деревья голые, земля мёртвая, ни травы, ни кустов. Дозиметр стрекотал — сто, сто двадцать, сто пятьдесят. Терпимо.
Марко достал флягу, сделал глоток. Вода или что покрепче — хрен разберёшь. Передал Диего. Тот глотнул, передал Педро. Круговая. Дошла до Пьера. Он понюхал — водка. Дешёвая, пахла спиртом и ацетоном. Глотнул, передал Рафаэлю. Тот допил, спрятал флягу.
— Хорошая традиция, — сказал Марко. — Перед делом — по глотку. Для храбрости.
— Для тупости, — поправил Диего. — Храбрость у нас и так есть. А тупость приходит после водки.
— Тогда зачем пьёшь?
— Чтобы не думать.
— О чём?
— О том, что через два часа могу быть мёртв.
— Оптимист.
— Реалист.
Они замолчали. Машина ехала дальше. Лес редел, появились поляны, заросшие сухой травой. Дозиметр стрекотал тише — восемьдесят. Чище.
Через полчаса остановились. Водитель высунулся из кабины:
— Дальше не проедем. Дорога завалена.
Лукас вылез, осмотрелся. Группа выгрузилась следом. Впереди, метрах в пятидесяти, дорога перегорожена поваленными деревьями. Старый завал, лет десять как минимум. Объехать нельзя — по бокам болота.
— Пешком, — сказал Лукас. — До моста четыре километра. Идём колонной, дистанция пять метров. Марко — впереди, я за ним. Диего, Педро, Рафаэль, Шрам — в хвосте. Если увидите движение — сигнал рукой, молча. Стрелять только по команде или если нападают. Ясно?
— Ясно, — хором.
Они пошли. Марко впереди, автомат на изготовке. Лукас за ним, чуть левее. Остальные растянулись цепочкой. Дюбуа замыкал, винтовка на плече, глаза сканировали лес. Тишина. Ни ветра, ни птиц, ни зверей. Только хруст под ногами и стрёкот дозиметров.
Через километр увидели первую тварь. Собака-мутант, метрах в тридцати, копалась в земле. Учуяла, подняла морду, оскалилась. Марко поднял руку — стоп. Группа замерла. Собака стояла, нюхала воздух, рычала тихо.
Лукас показал рукой — обходим. Марко пошёл влево, широкой дугой. Собака проводила взглядом, но не бросилась. Умная. Поняла — шестеро людей с автоматами не добыча. Легионер держал её в прицеле, пока группа не отошла на сотню метров. Собака смотрела, потом отвернулась, вернулась к своей яме.
Дальше попались ещё две. Одна сбежала сразу, вторую Педро пристрелил из пистолета — подошла слишком близко, оскалилась. Один выстрел в голову, тварь упала. Группа прошла мимо, не останавливаясь.