— Добрый день, — первой заговорила Лора. Голос ровный, гладкий, как стекло. — Надеюсь, связь стабильная.
— Вас слышно, — ответил Ричард. — Судно «Гелиос-7», охранная группа «Альфа». Командир Маркус Тейлор, координатор Ричард Вебстер, личный состав в сборе.
— Прекрасно, — кивнула Лора. — Тогда перейдём сразу к делу. Времени немного.
Пьер отметил, как у Маркуса чуть напряглась линия челюсти. Фраза «времени немного» от таких людей обычно означала, что времени как раз дохрена, но тратить его они не привыкли.
— Для начала, — вступил доктор Нортон, наклоняясь к камере, будто хотел влезть в кают-компанию, — корпорация выражает признательность вашей группе. Вы предотвратили захват крупнотоннажного судна, свели к минимуму потери среди экипажа и продемонстрировали высокую эффективность в условиях повышенного риска.
— Наши моряки уже дважды сказали вам спасибо, — добавил Андерсон. Голос слегка хриплый, морской. — Без вас у них была бы другая утренняя смена. Более короткая.
— Однако, — спокойно продолжила Лора, и это «однако» прозвучало как выстрел холостым перед серией боевых, — есть моменты, которые необходимо обсудить. Подробно.
— Ожидаемо, — тихо сказал Маркус себе под нос, но микрофон всё равно поймал.
Он откашлялся. — Мы готовы.
— Прежде чем перейти к деталям, — сказал Нортон, глядя куда-то в сторону экрана, — хочу, чтобы вы понимали контекст. После событий в деревне и уничтожения склада, о чём вы уже отчитались, регион вошёл в фазу повышенной турбулентности. Сегодняшняя атака на контейнеровоз — часть этого процесса. Наши клиенты обеспокоены. Страховые компании нервничают. Акционеры… — он чуть улыбнулся, безрадостно, — выражают озабоченность.
— Обычно, когда акционеры выражают озабоченность, — шепнул Джейк, — нам потом выражают что-то пониже спины.
Маркус бросил на него взгляд, одного хватило, чтобы тот заткнулся.
— У нас есть записи с борта, — продолжила Лора. — Видеоматериалы, переговоры, телеметрия. Мы видели, как ваша команда действовала. В целом это профессионально. Но есть несколько решений, которые вызывают вопросы. В первую очередь — ваш выбор в отношении выживших в лодках.
Наступила короткая тишина. Даже кондиционер как будто стал жужжать тише.
— Давайте уточним формулировку, — сказал Маркус. — Вы имеете в виду то, что мы не добили тех, кто бросил оружие?
— Я бы не употребляла слово «добили», — мягко возразила Лора. — Речь о том, что часть нападавших была оставлена в живых, с минимальной помощью и без последующего задержания. В ситуации, когда они представляли очевидную угрозу ранее и, вероятно, будут представлять её в будущем.
Она чуть наклонилась вперёд. — Вы сознательно отпустили потенциальных угроз.
— Мы не полиция, — сказал Маркус. — И не тюрьма. У нас нет ни ресурсов, ни мандата возить с собой пленных. Наш контракт — защита торгового судна. Мы её обеспечили.
— И всё же, — вмешался Нортон, заглядывая в какие-то заметки, — вы дали им воду, спасательные жилеты и передали координаты береговой охране этого сектора. По сути, вы увеличили их шанс выжить. При том, что они уже участвовали в нападении.
— Мы приняли решение не расстреливать людей, которые подняли руки, — ровно сказал Маркус. — Если корпорация считает это нарушением протокола, давайте сразу обсудим, что именно вы от нас ждёте в таких случаях.
Андерсон, до этого молчавший, слегка сдвинулся в кадре:
— С точки зрения флота, — сказала он, — решение имеет как плюсы, так и минусы. С одной стороны, вы показали, что мы не ведём себя как пираты, отстреливающие всех подряд. Это важно для картины в прессе и для наших отношений с местными элитами. С другой — живые пираты могут вернуться в игру. И уже с историями про «псы корпораций», которые сжигали склады.
— Они и так будут это рассказывать, — тихо произнёс Карим, но микрофон уже подхватил его голос.
Лора перевела взгляд.
— Карим Эль-Насри, верно? Переводчик.
— Да, — кивнул он. — Я работаю с местными уже много лет.
Он чуть развёл руками. — Если вы хотите знать, будут ли они использовать эту историю, — да. Будут. Если бы мы их всех утопили, они бы использовали другой сюжет. Здесь не так работает. Для них сам факт нашего присутствия — уже повод.
— Тем не менее, — упрямо сказал Нортон, — вопрос остаётся: это решение было принято на основе протокола или личных убеждений?
Маркус помедлил.
— На основе обстановки, — сказал он. — Протокол не запрещает оставлять противника живым после того, как он сложил оружие, если он больше не представляет непосредственной угрозы. В противном случае любое прекращение огня превращается в фарс.