— Никаких людей. Только мы. Просто недоразумение. Я…
— Переведи, как есть, — спокойно попросил Пьер.
Карим чуть пожал плечами:
— Говорит, что рядом никого нет, кроме них двоих. И что мы всё неправильно поняли.
Пьер устало выдохнул.
— Слушай, — сказал он тихо, уже по-английски, глядя Томy прямо в глаза. — Мы оба взрослые люди. Ты вооружён, в бронежилете, ведёшь нас не к офису, а в глухой угол склада. У тебя напарник, который тянется к пистолету по сигналу.
Он чуть наклонил голову. — Давай так: или ты сейчас называешь структуру, через которую пришёл заказ, или через минуту с тобой уже никто разговаривать не будет. Мне не нужна твоя правда, мне нужны имена.
Том какое-то время молчал. В груди у него тяжело ходило дыхание. Потом он сорвался на быструю речь, перескакивая между английским и арабским.
— Он говорит, — перевёл Карим, — что работает не напрямую на корпорацию. На подрядчика безопасности. Контракт через третью фирму. Название…
Он поморщился. — «Альтаир секьюрити консалтинг». Юридически они не связаны, но вы руками их людей уже работали в другом регионе.
Карим помедлил. — Приказ — забрать вас с порта и передать дальше. На другой машине. Там уже не наши проблемы. Формулировка… «минимизировать риск несанкционированных контактов после инцидента».
— Красиво, — сказал Пьер. — «Контакты».
Он провёл ладонью по лицу, смывая липкий пот. — То есть наверху решили, что проще убрать потенциально проблемного снайпера и его командира, чем жить с мыслью, что у них в поле ходят люди с хорошей памятью.
Маркус сжал пистолет сильнее.
— Спрашивай про связь, — сказал он. — Кто конкретно вышел на них. Не «Альтаир», а человек.
Том упрямо сжал губы. Пьер в этот раз не стал переигрывать. Просто поднял нож чуть выше, так, чтобы тот увидел, насколько рука спокойно держит сталь.
— Слушай, — сказал он тихо. — Я могу сделать тебе больно. Но не хочу тратить время. У нас, в отличие от тебя, ещё работа. А у тебя — выбор: уйти в землю с секретами или уйти с парой лишних часов жизни и возможностью когда-нибудь договориться со своей совестью.
Том дёрнулся, потом процедил имя. Не фамилию. Позывной, но узнаваемый: тот самый куратор по рискам из структуры, аффилированной с корпорацией. Карим перевёл, подтверждая, что слышал его уже раньше в других разговорах.
— Достаточно, — сказал Маркус. — Остальное мы сами допишем.
Секунду они смотрели друг на друга. В воздухе висел вопрос: что с ними делать дальше.
Пьер первым отступил.
— Маркус, — сказал он. — Пули тратить не буду. Тут и так шума было достаточно. Заберём телефоны, документы, бросим машину. Пусть потом корпорация сама разбирается, как два её подрядчика словили «координационную проблему» в порту.
Том дернулся:
— Вы не понимаете. Если вы нас отпустите…
— Если я тебя отпущу, — устало перебил его Пьер, — ты завтра придёшь ещё раз, только лучше подготовленный. А у меня нет лишнего времени играть в догонялки.
Он пожал плечами. — Был у тебя шанс жить на проценты и не лезть в эту работу. Ты выбрал иначе.
Выстрел прозвучал коротко. Маркус даже не смотрел в глаза, просто сделал то, что нужно было сделать, чтобы эта конкретная линия угрозы закончилась здесь, во вонючем складском дворе, а не на палубе «Гелиоса».
Водитель уже не шевелился: удар по виску и удар об панель сделали своё.
Они быстро и без суеты обыскали машину, забрали телефоны, документы, один планшет с логотипом подрядчика. Всё это Пьер запихнул в неприметный рюкзак.
На обратном пути к порту они шли пешком, через дворы, не привлекая внимания. Карим молчал, переваривая услышанное. Маркус думал о своём, взгляд был тяжёлым.
— Ну вот, — сказал Пьер после долгой паузы. — Теперь у нас не только память, но и железо. Если они продолжат играть с нами как с расходником, у нас будут аргументы.
Он улыбнулся, но без веселья. — А они уже решили, что проще нас убить. Значит, всё делаем правильно.
Маркус хмыкнул:
— Ты уверен, что хочешь в эту игру? Политика, интриги, шантаж. Это уже не твоя пустыня, это болото.
— Я не хочу, — честно ответил Пьер. — Но они сами тащили нас в это болото. А я не люблю тонуть молча.
Он устал. Устал от пыли, от дешёвых формулировок, от аккуратных лиц на экране. И именно от усталости его слова вчера на связи были такими ровными: больше не осталось сил на крик.
Теперь корпорация сделала ход. Попыталась тихо закрыть файл под названием «Пьер Дюбуа».
Файл оказался с защитой.
Порт гудел, как рой ржавых пчёл.