Пьер усмехнулся в сторону.
— Звучит, как диагноз, — сказал он.
— Это и есть диагноз, — кивнул Виктор. — Впрочем, ты всегда можешь вернуться на борт, честно отработать контракт и ждать, пока следующий «координационный сбой» накроет уже твою каюту. Тоже выбор.
Тишина между контейнерами была почти комфортной. Порт гудел вдали, но сюда долетало только эхо.
Пьер протянул руку, взял флешку из коробочки. Металл был холодный, лёгкий. Ничего особенного. Любая такая штука может содержать фотографии, фильмы, отчёты. Эта должна была нести чуть больше шума.
— Какие гарантии? — спросил он.
— Никаких бумажек, — сразу ответил Виктор. — Но я поставлю свою голову рядом с твоей. Если всё пойдёт, как надо, я свожу тебя с теми, кто умеет вытаскивать людей из таких историй. Если нет…
Он развёл руками. — Ну, значит, мы оба вляпались.
Пьер кивнул.
— Ладно, — сказал он. — Идёт. Но учти, Виктор: если ты меня кидаешь, я не буду писать жалобы. Я просто буду очень долго и внимательно тебя искать.
— Этого я от тебя и жду, — усмехнулся Крид. — И да, Пьер… Ты и так уже перешёл черту для них. Просто пока ещё не отметил это для себя.
Они пожали руки во второй раз. На этот раз рукопожатие было чуть дольше.
Серверная находилась в глубине нижней палубы, за двумя неприметными дверями и одной табличкой «Посторонним вход воспрещён», которую все давно перестали замечать.
Пьер стукнул костяшками в металл.
— Да, — отозвался изнутри голос.
Он вошёл, заранее приняв тот вид, который работал в любом армейском помещении: немного усталый, но уверенный. Внутри было жарко и шумно: вентиляторы гнали воздух, куда-то по полу шли жгуты кабелей, в углу жужжал старый кондиционер.
Главный шкаф действительно выглядел старше половины команды. Серая металлическая тумба, облупившаяся краска, на двери — наклейка когда-то модной фирмы. На столике возле неё стоял монитор и клавиатура, рядом валялась недопитая кружка с кофе цвета моторного масла.
За столом сидел лейтенант связи — худой, с сальными волосами, в наушниках. Наушники он снял только наполовину, повернувшись.
— Шрам, ты чего? — спросил он. — На прицел камеры жаловаться пришёл?
— На память, — ответил Пьер. — Слушай, ты же сохранял логи по той атаке? Где авиация нашу палубу посекла.
— Сохранял, — кивнул тот. — Что, хочешь себе на флешку записать, смотреть перед сном?
— Хочу понять, откуда они заходили по времени, — сказал Пьер. — У нас там кое-что не сходится по показаниям. Маркус попросил глянуть ещё раз. Там на записи момент, где ракета уходит вверх. Хочу сверить с тем, что видел через оптику.
Он немного наклонился вперёд. — Я не буду тебе железо трогать. Просто рядом постою, посмотрю. Минут пять.
Связист покрутил глаза.
— Ладно, хрен с тобой, — сказал он. — Всё равно сейчас синхронизация встала. Центр опять висит. У нас окно.
Он повернулся к монитору, забегал по меню. Пока тот ковырялся в логах и датах, Пьер шагнул чуть ближе к шкафу, как будто просто ищет удобное место, чтобы опереться.
Флешка была в кармане, между пальцами. Движение он репетировал в голове пару раз ещё наверху, пока шёл по коридору. Всего одно: прикоснуться к панели, «случайно» зацепить крышку маленького вспомогательного порта, который все считали мёртвым, и дать этой железке шанс.
Связист в этот момент ругался на видеоплеер, который не хотел проматывать кусок записи.
— Чёртова система, — бурчал он. — Сейчас… подождёшь секунду?
— У меня вся жизнь из ожидания, — ответил Пьер.
Он прислонился плечом к шкафу, как бы опираясь. Пальцы нащупали небольшой лючок сбоку, ниже уровня глаз. За время службы он сюда пару раз сам лез, когда им скидывали внешние логи на проверку. Лючок откинулся почти бесшумно. Пьер одной рукой чуть накрыл его, другой — быстрым, отработанным движением вставил флешку в разъём.
Щелчок почти не был слышен на фоне гудения вентиляторов. Маленький диод на корпусе мигнул один раз, другой. Где-то внутри шкафа что-то тихо щёлкнуло.
Связист ничего не заметил. Он был занят своей вечной войной с интерфейсом.
— Нашёл, — сказал он довольным голосом. — Вот момент, где птичка заходит. Смотри.
Пьер отошёл от шкафа, подошёл ближе к монитору, словно весь интерес действительно был там. На экране дрожала записанная картинка: палуба, траектория ракеты, вспышка, помехи.