Мимо прошёл офицер в американской форме, лет пятьдесят, седина на висках, бейсболка, солнцезащитные очки. За ним двое морпехов с карабинами. Пьер кивнул. Офицер кивнул в ответ. Без слов. Узнали друг в друге своих.
— Эй, мистер! — крикнул кто-то слева.
Пьер обернулся. У контейнера стоял местный парень, лет двадцати, худой, в грязной майке и шортах. Босиком. В руках пачка сигарет.
— Сигареты? Хорошие, американские. Дёшево.
Пьер подошёл, посмотрел. «Мальборо». Скорее всего паленые, но пофиг.
— Сколько?
— Пять долларов.
— Три.
Парень скривился.
— Четыре.
— Три, или иди нахуй.
Парень засмеялся, кивнул.
— Окей, окей. Три.
Пьер достал мятую купюру, протянул. Взял пачку. Вскрыл, понюхал. Табак нормальный. Не паленые, походу.
— Спасибо, мистер. Ты хороший человек.
— Не особо, — сказал Пьер и пошёл дальше.
Причал был широким, метров пять, бетон старый, потрескавшийся, кое-где видна арматура. Вода внизу мутная, маслянистая, пахла гнилью и соляркой. Плавал мусор — пластиковые бутылки, куски дерева, огрызок арбуза. Чайки кружили над головой, орали пронзительно, гадили.
Пьер дошёл до края, остановился. Посмотрел на море.
Синее. Бесконечное. Горизонт сливался с небом, граница размыта дымкой. Солнце висело высоко, било по глазам. Волны мелкие, ленивые, плескались о бетон. Вода холодная, наверное. Прохлада тянулась снизу, смешивалась с жаром от раскалённого причала. Контраст. Приятно.
Для большинства людей море — это отпуск. Пляж, коктейли, загар, смех. Романтика. Закаты, яхты, Instagram. Хрень красивая, но пустая.
Для Пьера море — ещё одна зона. Другая, но суть та же. Территория, где надо выживать. Где кто-то хочет тебя убить, а ты должен убить первым. Вода вместо леса, скифы вместо мутантов, РПГ вместо аномалий. Но принцип один: не зевай, не расслабляйся, не верь тишине.
Зона научила его этому. Год среди радиации и смерти выжег из него всё лишнее. Осталась только работа. Только инстинкт. Только автомат в руках и враг в прицеле.
Море не пугало. Оно просто было. Как воздух. Как небо. Как война.
— Красиво, правда?
Пьер обернулся. Рядом стоял Карим, тоже смотрел на воду. В руках термос с чаем.
— Красиво, — согласился Дюбуа.
— Но опасно, — добавил Карим. — Море здесь не прощает ошибок. Пираты знают каждый риф, каждое течение. Они родились здесь. А мы нет.
— Мы быстро учимся.
Карим усмехнулся.
— Да. Или быстро умираем.
Он отпил чаю, посмотрел на Пьера.
— Ты уже воевал на воде?
— Нет. Только на суше.
— Тогда слушай командира. Маркус знает, что делает. Он здесь два года. Выжил, значит умный.
— Хорошо.
Карим кивнул и пошёл дальше по причалу. Пьер задержался ещё на минуту. Закурил. Дым смешался с солёным воздухом.
— Дюбуа! — крикнул Джейк. — Пошли, катер вон там!
Пьер затушил сигарету, пошёл следом.
Катер стоял у дальнего причала. Большой, метров двадцать, серый, без опознавательных знаков. Корпус металлический, кое-где ржавчина, но в целом крепкий. На палубе пулемёт М240, прикрытый брезентом. Рубка закрытая, стёкла тонированные. На корме флаг — какая-то корпоративная эмблема. Пьер не знал какая, да и похуй.
У трапа стоял мужик лет сорока, высокий, широкоплечий, в выцветшей камуфляжной форме без знаков различия. Волосы короткие, рыжеватые, борода седая. Лицо обветренное, шрамы на руках. Глаза светло-карие, спокойные. Держался уверенно, без напряга. Командир.
— Маркус? — спросил Пьер, подходя.
— Да, — ответил тот, протягивая руку. — Ты Дюбуа?
— Он самый.
Рукопожатие крепкое, короткое. Маркус окинул взглядом — быстро, профессионально. Оценил. Кивнул.
— Крид говорил, что ты снайпер. Семьдесят два подтверждённых.
— Верно.
— Хорошо. Снайперов не хватает. Пираты быстрые, стреляют хреново, но их много. Надо валить издалека, пока не подобрались.
— Понял.
Маркус повернулся к остальным, повысил голос.
— Все сюда!
Народ подтянулся. Двенадцать человек встали полукругом у трапа. Маркус посмотрел на них, помолчал. Потом начал:
— Брифинг короткий. Завтра выходим в море. Маршрут — Баб-эль-Мандебский пролив. Сопровождаем контейнеровоз «Марианна», идёт из Азии в Европу через Суэц. Ценный груз, хорошая страховка, корпорация не хочет рисковать. Мы на катере, привязываемся к судну, идём параллельно. Если пираты попробуют атаковать — убиваем. Вопросы?
— Сколько дней? — спросил Джейк.
— Трое. Может четверо, если погода плохая.