— Вы нам польстили, — заметил Джейк. — Думаете, кому-то интересно, что пишем мы?
— Вы недооцениваете скучающих людей в интернете, — сказал Ричард. — И переоцениваете анонимность.
— Если кто-то из вас нарушит этот запрет, — продолжил Блэйк, — это может стать тем самым поводом, которого сейчас так ищут те, кто хотят показать красивую жёсткость. Думаю, вы понимаете.
Он помолчал.
— Вкратце: на данный момент официальной вины на вас не возлагают. Неофициально многие всё равно будут думать, что «если бы вы не выстрелили, всё было бы иначе». Это реальность. С ней придётся жить.
— Я двадцать лет живу с тем, что «если бы я не выстрелил, всё было бы иначе», — сказал Пьер. — Одной формулой больше, одной меньше.
Блэйк посмотрел на него внимательно.
— В вашем случае, господин Дюбуа, есть отдельный пункт, — сказал он. — Для внешних отчётов вы будете фигурировать как «снайпер группы сопровождения», без имени. Внутри системы ваше имя будет рядом с формулировкой «действовал по приказу, оценка — в рамках допустимого риска».
Он чуть развёл руками.
— Это максимум, который сейчас получилось отвоевать.
— Сойдёт, — ответил Пьер. — Были варианты и похуже.
— Были, — подтвердил Ричард тихо.
Представитель клиента вступил снова:
— Со стороны наших заказчиков есть понимание, что без ваших действий конвой мог быть потерян полностью. Это не снимает вопроса о погибших на вспомогательном судне, но…
Он поджал губы.
— Сейчас принято политическое решение не эскалировать конфликт и не выносить этот случай в публичное поле как пример «безответственности охраны». Это не акт милосердия, господа. Это прагматика. Ваши услуги всё ещё востребованы.
Трэвис усмехнулся.
— То есть мы всё ещё стоим своих денег, — сказал он. — Это приятно.
— Это значит, — сказал Маркус, — что нас не списали. И значит, скоро мы снова окажемся там, где прошлой ночью.
— Или в ещё худшем месте, — подал голос Михаэль.
— Вероятно, — согласился командир.
Блэйк выровнял листы, заговорил уже более сухим, деловым тоном:
— На ближайшие трое суток вы остаетесь на базе. Проводятся дополнительные опросы, оформляются бумаги, дорабатываются протоколы. После этого будет принято решение о вашем возвращении на маршрут или изменении задач.
Он посмотрел по рядам.
— У кого-то есть вопросы по сказанному?
Вопросов «по протоколу» не было. Были вопросы совсем другие, но задавать их сейчас смысла не имело. «Сколько стоил каждый из этих двадцати двух?» «Кто в итоге заплатит?» «Когда это кончится?» — такие вещи в этих стенах не обсуждали.
Дэнни всё-таки поднял руку.
— Да? — кивнул ему Блэйк.
— Скажите, — медленно произнёс он, — а будет… что-то вроде… официального сообщения для семей тех, кто погиб на вспомогательном судне? От нас. Не от компании, не от страховщиков. От тех, кто был рядом.
В комнате на секунду стало ещё тише.
Представитель клиента чуть заметно скривился, как от кислого.
— Это… не предусмотрено протоколом, — начал он.
— Но это возможно, — перебил его Блэйк. — Если это будет грамотно согласовано.
Он посмотрел на Дэнни.
— Я не обещаю, что вас подпустят к прямым контактам. Но, возможно, вы сможете передать какое-то общее письмо. От группы. Без признаний вины, без юридических формулировок. Просто… человеческий текст.
— Если нам позволят человеческий текст, — тихо сказал Михаэль. — Это уже будет прогресс.
— Я передам ваш запрос, — сказал Блэйк. — Но не сейчас. Сейчас вам главное — держать себя в руках.
Он ещё раз обвёл всех взглядом.
— Это всё, что я могу сказать на данном этапе, — заключил он. — Формально вы свободны в пределах базы. Ожидайте вызовов на дополнительные беседы. И помните: то, как вы будете вести себя здесь, повлияет на то, дадут ли вам вернуться к работе.
Он кивнул Маркусу.
— Капитан, останьтесь на минуту. Остальные — по отделениям.
Команда поднялась. Стулья заскрипели, кто-то потянулся, кто-то сразу двинулся к выходу. Шум голосов, шагов. Уставшие лица, на некоторых — облегчение, на некоторых — пустота.
— Ну что, нас пока не отправляют на мясо, — сказал Джейк, вставая. — Уже праздник.
— Не расслабляйся, — отозвался Рено. — Нас пока маринуют.
Пьер не торопился. Дождался, пока поток схлынет, и только потом направился к двери. В коридоре его догнал Хортон.